Сказала она это будто между прочим и, если бы Кестель не глядел на нее, то ничего бы и не заметил. Алия смотрела туда, где скрылась маддона, глазами, полными тоски и боли.
Словно Алия знала, что маддоны вовсе не никакие.
Кестель снял комнату в первом же попавшемся постоялом дворе, а потом повел Алию в шинок – обычный, даже приятный, хотя и не такой чистый, как Багровая корчма по ночам, с рядами испятнанных неприглядных столов и таких же скамеек.
В эту пору дня клиентов было немного: четверо рыцарей в стеганках, пара купцов, женщины, причем одна уже на сносях. В углу оживленно спорили несколько мещан и высокий тощий мужчина, одетый по обыкновению мелких магов так, чтобы придать себе веса в глазах зевак. Он чванился будто павлин и живо размахивал руками. Мещане то и дело хохотали.
У стены сидела в одиночестве странная особа в грубом панцире из рыбьей чешуи и маске трески, обычно скрывающей лица безумцев. На столе перед особой стоял кувшин с медом и кружка. Каждый раз, желая отхлебнуть, женщина аккуратно приподнимала маску.
Алия жадно поедала баранью потравку и запивала пивом. У Кестеля не было аппетита.
– Боишься? – спросил Кестель.
– Чего?
– Арены.
Алия хмыкнула.
– Кто-то уж очень хочет доставить тебя туда. Столько труда и денег… как думаешь, зачем?
Алия молча пожирала баранину. Маг вконец опьянел и метнул в сторону купцов слабое заклятие, поднявшее в воздух кружки с пивом. Купцы похватали выпивку и добродушно погрозили магу. Мещане заливались хохотом.
Маг посмотрел на рыцарей, но напроказить решился не сразу. Приятели дружно подначивали его, и маг все же начал что-то бормотать под нос.
У одного из рыцарей выбритые виски были в желто-синих полосах – должно быть, парень из княжьих воинов. Только они так украшали головы. Парень вытянул над столом костлявые руки. На его открытых ладонях лежал длинный нож.
– Он покрыт шкурой белых змей, – указывая на острие, сказал парень. – Оружие горцев.
– Проклятое оружие, – оторвав взгляд от стола, буркнул другой рыцарь. – Лучше держаться от него подальше.
Его надбровная дуга была жутко изувечена.
– Он стóит бешеных денег, а ты говоришь глупости, – возразил парень.
– Может, и стоит, но точно проклятый. Я слыхал, только поцарапай им кожу, и закипает кровь. Хозяева этого кинжала рано умирают, а сам он пропадает. Убери его, а то накличешь на нас беду.
– А если не заберу?
– А ты не знаешь?
– Не знаю. Я не слушаю дурацких побасенок, – отрезал парень.
– И не слушаешь про демона, который поселился среди горцев, убивал их одного за другим, забирал оружие и драгоценные каменья? Не слушаешь про безголовую тварь, пришедшую после демона и вырезавшую целый род?
Кестель разозлился. Могли бы они болтать и потише! Настроение у него совершенно испортилось. Маг все бормотал под нос.
– Тварь, надо же, – изрек парень. – Уж точно дурацкая побасенка.
– Она вырезала весь род Гхнор. Не уцелел никто. А головы у нее точно не было.
– У тебя самого, курва, головы точно нет.
Нож вдруг поднялся в воздух. Все четверо рыцарей отпрянули от стола.
– Я ж говорил, – шепнул рассказывавший про тварь.
Мещане заржали. Рыцари заметили шепчущего мага и тоже рассмеялись – но не все.
Кинжал медленно опустился в руки хозяина. Развеселившийся парень пихнул локтем того, с кем препирался. Тот мрачно глянул на шутника, но маг встал, поклонился и попросил прощения за выходку. Рыцарь натужно улыбнулся ему.
Из кухни вышел статный мужчина с характерным плоским лицом. Старый мужчина – ему могло быть и под двести лет. Шрамы на руках и скулах, видная сквозь расстегнутый ворот часть татуировки не оставляли сомнений: мужчина когда-то был воином хунг. А теперь он опустился на колени и, очевидно мучаясь, стал медленно протирать пол мокрой тряпкой. По его лицу струился пот.
– Зачем ты вступила в Орден Ама? – спросил Кестель.
– А меня никто и не спрашивал о согласии. Ты не знаешь, как это делается? Спроси еще, знаю ли я, кем была моя мать.
– А разве Орден не гонялся за тобой, когда ты удрала?
Алия развела руками.
– На твоем месте я бы побаивался того, что именно Орден меня и нанял, – заметил Кестель.
– Чтобы отвести на Арену? Что за глупость. Сестры не делают таких дел руками ловчих.
Кестель искоса глянул на мага. Похоже, тот выбрал Кестеля мишенью новой шутки – бормотал себе под нос, целил пальцем.
– Держи свою посуду, – буркнула Алия.
Но ничего так и не произошло. Кестель сидел неподвижно, маг менялся в лице, тревожился, бормотал все настойчивей, его товарищи умолкли – ожидали. Кестель уставился прямо на мага. Тот смешался и перестал бормотать.
– Неплохо, – нисколько не удивившись, отметила Алия. – На тебя вообще магия не действует – или только дрянные мелкие заклятья?
Разодетый маг был разочарован. Похоже, шутки с заклинаниями перестали забавлять его. Он взялся пить и время от времени бросал угрюмые взгляды на Кестеля.
Рядом тер пол старый хунг. Алия посмотрела на него с презрением и сплюнула. Он поднял голову, равнодушно посмотрел на Алию, медленно стер плевок с пола и продвинулся дальше, в сторону безумца в рыбьей чешуе.
