Члены коллегии забрасывают меня вопросами. Времени на обдумывание почти не остается, но я хотя бы не забываю на всех смотреть. Верчу шеей прямо как та девочка в фильме «Изгоняющий дьявола».
– Лучший способ провести вечер пятницы? – внезапно спрашивает Секси-Сид.
Я размышляю. Врать не собираюсь, хоть и не понимаю, зачем он об этом спросил.
– Потанцевать и выпить пару коктейлей с друзьями, – содрогнувшись, говорю я.
Не знаю, верный ли ответ, но куда лучше, чем «сидеть дома и читать о новых законах касательно преступлений сексуального характера».
Даже не представляю, к чему это все приведет. Де Суза ухмыляется, будто пробует телепатически уловить название места, куда девушка вроде меня ходит по пятницам.
– Что ж, вы бы вписались в команду, – с очаровательной улыбкой отзывается Сид.
После этого я буквально растеклась по стулу.
Через сорок пять минут от мужчины с добрым лицом я узнаю, что допрос окончен, если только у меня нет каких-либо вопросов. А вопрос у меня есть.
– Сколько стажеров вы планируете взять в этом сентябре? – интересуюсь я.
– Мы говорим, что место всего одно, однако если выдающихся кандидатов будет больше, рассмотрим и двоих.
На этом все закончилось. Время вышло, и я сделала все, что могла.
– В любом случае мы сообщим вам о нашем решении в понедельник, а завтра утром первым делом вышлем письмо. Спасибо, что пришли, – говорит на прощание Добряк, и меня уже выводят из кабинета.
Я быстро иду по коридору, ускоряя шаг. Открываю тяжелую входную дверь – на лицо падают солнечные лучи. Достаю из сумки очки и с уверенным видом надеваю их, чтобы скрыть громадные слезы, собравшиеся в уголках глаз.
Я обессилена. Несколько недель готовилась к собеседованию, и вот оно окончено. Меня накрывает волна то ли облегчения, то ли тревоги, а может, всего сразу, я не знаю.
С черепашьей скоростью плетусь по улице и дважды едва не попадаю под машину. В ожидании автобуса мысленно возвращаюсь к собеседованию, но в голове только каша из отдельных сцен и голосов.
Я очень надеюсь, что не облажалась.
Последнее, чего мне сегодня хочется, – это пойти куда-то напиться. Все время думаю о вчерашнем собеседовании: о том, как все прошло, как я могла бы найти лучшие ответы на вопросы – и так до бесконечности. Я с удовольствием лежала бы на диване до самого понедельника в компании вредной еды, вина и сериалов «Нетфликс», роняя слезы по единственному серьезному шансу в жизни, который я загубила. Однако я обещала Хайди, что мы куда-нибудь сходим, и она от меня не отстает.
В 17.45 она приближается ко мне с угрожающим видом: руки на бедрах, взгляд полон презрения.
– Мэнди, я даю полтора часа, чтобы ты пришла в себя. Хорош хандрить, давай-ка наводи красоту. Возражения не принимаются!
Я морщусь, еще крепче сжимаясь в позе эмбриона.
– Но…
– Никаких но! Вперед! – Хайди стаскивает меня с дивана с такой силой, что я падаю на пол, и мы обе хохочем.
– Ладно-ладно! Я пойду!
Через два часа мы уже в нашем любимом баре под названием «Криптик», то есть «загадочный». В отличие от вчерашнего строгого костюма этим вечером на мне черное обтягивающее платье – такое узкое, что даже трусики под него не наденешь. Голову венчает пышная прическа, на ногах – высокие каблуки. Мистера Грубияна хватил бы удар, увидь он меня такой.
Со стороны мне, пожалуй, можно позавидовать: стройная фигура с изгибами в нужных местах, длинные светлые волосы, большие голубые глаза, «милый носик-кнопочка» (так мне говорят) и пухлые губы (так пишут в журналах). Благодаря всему вышеперечисленному, а еще тому, что я считаюсь умной, можно предположить, что жизнь моя – сплошное счастье. На самом же деле единственное, в чем я уверена, – это внешность. Люди понятия не имеют, что творится внутри, за завесой постоянных улыбок, под слоем краски… да и с чего бы им догадываться? Почему они должны волноваться о моих личных проблемах, когда жидкая подводка на глазах лежит так безупречно?
Хайди сегодня – настоящая соблазнительница. В откровенно-коротком красном платье ей удается выглядеть ни капельки не вульгарно, а, напротив, очень элегантно. В этом вся Хайди.
Стоит теплый летний вечер, значит, можно сесть снаружи. Раз я с Хайди, то мы не «просто садимся», а выбираем место с наилучшим обзором. Поближе ко входу/выходу, чтобы замечать новых красавчиков, но не впритык к двери, иначе ребята нас/меня «не увидят». Мне никогда не разобраться в этой странной системе Хайди. Такое чувство, что мы выставляем себя напоказ вроде павлинов, однако парни так и валятся к ее ногам – потому и не мне судить.
