– В общем, так, Снежана, – угрожающе начал вервольф, снова сверкнув звериными глазами. Открыл свою сумку, достал из неё пачку пятитысячных купюр, а затем бросил её мне. – Держи, на дорогу хватит.
– Дорогу куда? – не поняла я. Могла бы, отодвинулась. – И с чего такие подарки?
– Это не подарки, – криво ухмыльнулся Белов. – Откуп. Чтобы ты уехала и никогда сюда больше не возвращалась.
– Не поняла. – Я ещё раз посмотрела на аккуратную красно-оранжевую пачку и на всякий случай отодвинула её сумкой в сторону Виктора. Даже рукой касаться не стала. – За что?
Вервольф нахмурился. Он уже практически справился со своей агрессией и сейчас выглядел вполне прилично. Разве что я точно знала, что передо мной не человек. Оборотень, способный на многое. Кажется, даже на убийство.
– Ты действительно ничего не понимаешь? – Принюхался, словно это могло помочь отличить ложь от правды.
– Нет. А должна?
Слов вертелось на языке очень много. Но я сдержалась. Хватит, отличилась. Надо дать мужчине высказаться. Надеюсь, ему полегчает, и он меня освободит.
– Я хочу, чтобы ты исчезла из Волчьего Бора и не мешала жить моему брату.
Наверное, в этот момент я выглядела слишком глупо. Открыла удивлённо рот, потом закрыла. Слов не было, как и иной реакции.
– У семьи большие планы. У Дана есть невеста. А благодаря тебе наш договор с соседним кланом вот-вот треснет по швам.
– А при чём тут я и ваши планы. Стройте, решайте. Кто вам мешает?
Я по привычке противилась, но сердце подсказывало, что не всё так просто. И этот нервный вервольф может высказывать не только свою точку зрения. А значит, нужно быть внимательнее и осторожнее.
– Ты. Ты нам мешаешь. Я видел, как на тебя смотрит брат, можешь не отрицать. И как бы он ни старался казаться равнодушным, таким увлечённым Дан ещё никогда не был.
Вот незадача! Я нахожусь в этом городе всего нечего, а у меня уже куча проблем. И было бы с кем?! С бешеными оборотнями, у которых в организме сплошной адреналин и тестостерон. А ещё злость, льющаяся через край.
– Зверь брата отреагировал на тебя, я в этом точно уверен.
Сглотнула. В голове тут же пронеслись все встречи с Беловым. При первой он меня окатил грязью, при последней напал. Стоило представить ту самую темноту, когда я ощущала запах Даниила, его дыхание, напор, как сами собой на ум пришли поцелуи и касания. Жадные, не позволяющие возразить, сводящие с ума. Мажор действительно завёлся, едва его язык скользнул в мой рот, а рука коснулась тела. Это могло показаться нормальным (мало ли какой темперамент у мужчины, всё-таки, он наследник альф, а не ленивца), но ведь у меня был запах. Тот самый, приобретённый. А он не оставляет зверю шанса на потомство, заставляя отворачиваться от подобных самок.
– И что теперь делать? – На всякий случай постаралась выглядеть миролюбиво и даже шмыгнула носом. Вроде как всё понимаю и я тут ни при чём. Я действительно была ни при чём, но разве оборотню это докажешь? А сама продолжила наблюдать за Виктором, пытаясь считать с его лица мимику, взгляд. Где она грань, когда можно возразить без последствий для себя? – Раз вам так нужна эта девушка и тот клан. Попробуй сам на ней жениться, – ляпнула я.
– Значит, отношений с братом ты не отрицаешь?
– Да нет никаких отношений! Встретились на лестнице, потом вы пришли ко мне выбирать для себя бельё… – Я благоразумно не стала упоминать про ситуацию в лифте. Она слишком личная. И вряд ли Даниил станет распространяться об этом случае.
– Что? – поперхнулся Белов. – Какое бельё?
– Всякое, – я передёрнула плечами.
Вот ведь оборотень! Так и вынудит сказать, что о нём думаю. А заодно о его озабоченном братце. Вот зачем он на меня так отреагировал, когда только-только перед этим я нанесла спрей. Разве что не зверю, а человеку, захотелось секса. Прямо там, в лифте? Экстремально и необычно. Но не мой вариант.
– Что у тебя в голове? – Белов не был оригинален. Мне и Макс раньше говорил, что я могу одновременно думать обо всём.
– Мысли. Всякие. Вот, к примеру, почему твой брат обратил на меня внимание. Его ливре…девушка вроде не урод, интересная.
– Даже если бы она быта страшилищем, – прервал меня Виктор, – это не изменило сути. Дан не может отказаться и подвести клан ради прихоти.
– А я при чём? Пусть не отказывается. У меня своя жизнь, у него своя. Подумай хорошенько, – я пыталась мирным путём убедить упёртого волка. – Если бы вервольф испытывал ко мне настоящий интерес, то вряд ли позволил невесте сопровождать его и уж тем более виснуть на руке. А она так постоянно делает, я видела.
Заметила, как дёрнулся уголок губ Белова. Видимо, не одна я заметила эту особенность девушки. Но раз Даниил не стряхивает её, значит, нравится. Поморщилась, испытав неприятный укол ревности. Откуда он?
– Думаю, тебе показалось, – поспешила ответить, стремясь выбросить из головы тот сумасшедший поступок Даниила. Мысли о нём вызывали странные чувства, слишком собственнические.
