– Чего ты боишься? – Оборотень был убийственно прямолинеен. Я чувствовала, что иду по тонкому льду, но сдаваться не собиралась.
– Тебя. – А чего врать? Да мало ли что от них, хвостатых, можно ожидать?
– Хорошо, – наверное, Белов что-то прочитал в моём взгляде, раз прозвучало, – терраса свободна?
– Хозяин приказал туда никого не пускать. Но для вас всегда она открыта, – заверил сияющий официант. – Проводить?
– Сами доберёмся. – Даниил отвечал уверенно, не распыляясь на долгие объяснения. Сказывалась привычка командовать и говорить только по существу. Я не знаю, связанно ли это с характером вервольфа или повлияло моё присутствие, но мне нравилось. – Снежана, – позвал он меня, снова протягивая руку.
На этот раз отказывать не стала. Послушно вложила свои пальцы в широкую мужскую ладонь, и сердце снова бросилось вскачь. Соприкосновение рук за невозможностью чего-то иного, это как интимный разговор по телефону в темноте. Есть какие-то рамки, но ты выше их. Лёгкие пожатия, поглаживание большим пальцем моей ладони… Я еле сдерживала дыхание, наслаждаясь каждой секундой этого нового и такого манящего ощущения.
На небольшом пятачке всего два круглых столика, сияющих матовой белизной. А вокруг лёгкие ткани, раздуваемые ветром. Отличное место. Можно спрятаться от солнца и подглядывающих жителей соседних домов, а заодно побыть на свежем воздухе.
–Что желаете? – вездесущий официант не шёл по пятам. Но едва мы поднялись, прискакал за нами.
– Мне как обычно, – бросил, не глядя вервольф. – А девушка сделает заказ сама, на свой вкус.
Заказала от души свежий салат из капусты, хорошо прожаренный стейк и какао с пирожным. Волк, услышав про мясо, согласно кивнул. Словно я могла выбрать что-то иное?! Еда Белова отличалась количеством, а ещё к ней прилагался мясной пирог. И это неудивительно, после такой-то драки и оборотов зверь наверняка голоден.
Мы сели напротив друг друга. С одной стороны, не соприкасаться было легче, трезвее разум. С другой, взгляд Даниэля то и дело останавливался на мне и это несколько нервировало. А когда я практически насытилась и добралась до пирожного, вервольф посмотрел на меня так…ну как смотрят на своих несмышлёных детей.
– Любишь сладкое? – Уголок губ дёрнулся в намёке на улыбку.
– Почему бы нет. – Пожала плечами, не отказав себе в удовольствии улыбнуться в ответ. Я сытая, погода прекрасная, что ещё нужно?
– Поговорим? – Вервольф придвинулся торсом к столу, и мне показалось, что ему ничего не стоит его раздавить.
– Давай. Рассказывай, – вырвалось у меня. Пальцы нервно сжались под столом, выдавая переживания. Напускное спокойствие куда-то подевалось и осталось лишь желание понять, что происходит, зачем.
Белов такой постановке вопроса ухмыльнулся, потёр подбородок и неожиданно выдал:
– Снежана, я не понимаю в чём дело, но меня тянет к тебе.
Вспомнилось из фильма: «Хочется устроить скандал!» Сейчас у меня возникло такое же ощущение.
– Э…а…То есть тянуть ко мне не может? И ты этим удивлён?
Сама принимала решение пользоваться спреем, не желая демонстрировать свой истинный запах. Так отчего сейчас слова вервольфа не понравились?
Оборотень какое-то время молчал, подбирая слова. Но, видимо, свойственная ему прямолинейность не отказала и сейчас.
– Не хочу тебя обижать, но это неправильно. И я действительно удивлён поведением своего зверя.
Однако.
– Ты ему не доверяешь? – Сейчас я чувствовала себя собакой на сене. Уже мечтала сходить в туалетную комнату, чтобы возвести очередной щит, воспользовавшись спреем. И вместе с тем млела от присутствия рядом Белова. Нервный смешок удалось сдержать. Женщины, они такие непостоянные. Было трудно не смотреть на кажущегося расслабленным мужчину, на его сильные руки, перевитые канатами вен, на прямой и пронзительный взгляд. Я терялась под напором несомненного обаяния вервольфа, но, к счастью, всё ещё оставалась собой.
– В том-то и дело, что это первый сбой. Я привык доверять своему волку. А сейчас он растерян.
Выходит, спрей действительно отличное средство. Так почему же я чувствую себя неуютно под этим тяжёлым испытывающим взглядом?
– А ты? Ты, который человек? – не сдержалась я.
– Провоцируешь? – тут же отозвался оборотень, перехватывая разговор. – Скажи, что в тебе не так?
Я почувствовала, как кровь прилила к щекам и повернула голову в сторону лёгкого ветерка. Своими короткими фразами Белов слишком быстро выбивал у меня почву из-под ног. Это недопустимо. И левретка эта…невеста которая.
– Дан. Для тебя Дан, – отмахнулся мужчина и, сдвинув салфетницу в сторону, протянул мне свою ладонь.
– Зачем? – Сжала руки, боясь не сдержаться и ответить на призыв. А он был. И не только от человека. Зверь пытался найти подход к моей волчице, настаивая, чтобы она проявила себя и обернулась. Но чем это могло грозить? Срывом планов или очередным разочарованием? Я та, что не бросилась золотому мальчику на шею, и это его откровенно бесило. – Что ты хочешь? У тебя ведь и подружка имеется.
Стряхнула с руки несуществующую соринку, скрыто намекая на блондинистую вешалку.
