К цветастому платью Татьяны Семеновой прилагались неодинаковые глаза — один серый, другой зеленый. Она первая разделалась с десертом и, уходя, бросила на Веронику странный разноцветный взгляд. Может быть, ей было неприятно, что та пришла и Тарас Шульговский ею заинтересовался? Потому что до этого его вниманием всецело владела она, Татьяна.
— А почему вы своих финалисток не посадили за один столик? — поинтересовалась Вероника, обозревая большой и гулкий обеденный зал.
— Сначала мы так и сделали, — вздохнула Нелли Шульговская. — Мы ведь приехали утром, еще до завтрака. Но наши дорогие дамы тут же перессорились.
— Это все Букашкина, — хмыкнул Тарас.
— Коровкина, — поправила его жена. — Вон она, Кира Коровкина, через столик от нас. Вон та, в панаме. Лучшая работница своей химчистки.
— Сочувствую остальным работницам, — пробормотал Тарас.
— Я уже обратила на нее внимание, — усмехнулась Вероника. — Горничная попросила эту Киру выйти на пять минут, но та заявила, что заработала дорогой номер своим собственным умом и не собирается упускать ни одной минуты пребывания внутри. Она так вопила, что я даже вышла в коридор посмотреть, что случилось.
— Так вот этой Кире, — понизила голос Нелли, попутно промокнув губы салфеткой, — накануне поездки сюда кто-то угрожал. Она решила, что соперницы хотят выдавить ее из соревнования, и ополчилась на них со всею силою своей страстной натуры.
Вероника понимала, что Нелли делится информацией не потому, что неожиданно прониклась к ней симпатией. Для нее и Тараса подобное «светское» перемывание косточек было делом совершенно обыденным. Они просто обсуждали вслух все, что им было интересно, а Вероника просто попалась под руку.
— Как это — угрожали? — заинтересовалась она, кинув на Киру Коровкину пытливый взгляд.
— Ну, прежде чем отправиться в дом отдыха, мы собрали всех трех победительниц в редакции. Делали с каждой интервью, фотографировали. Кира приехала первая, прямо с чемоданом. Я повела ее в буфет перекусить с дороги, и свои вещи она оставила в большой комнате, где постоянно толчется народ. Я сейчас тоже там сижу, потому что у меня в кабинете ремонт. Так вот. Когда мы возвратились обратно, две другие финалистки уже были там. А через некоторое время Кира обнаружила в своей сумочке записку: «Если поедешь в „Уютный уголок“ — будешь убита».
— Вот это да! — расширила глаза Вероника, а Нелли с воодушевлением продолжала:
— Слушайте, она так разоралась! И сразу же решила, что записку подбросил кто-то из соперниц, чтобы испугать ее и не дать ей выиграть телевизор.
— А у вас главный приз — телевизор? — уточнила Вероника.
— Вообще-то это секрет, — хмыкнул Тарас. — Но Кира думает, что именно телевизор. Если она победит, я обязательно куплю ей какой-нибудь подходящий агрегат. Нельзя же разочаровывать читательниц журнала. Я как-никак главный спонсор. Вернее, не я, а «Супервтор».
— Можешь смело говорить — я, моя фирма, — насмешливо изогнула бровь Нелли. — Стаса здесь нет, никто тебя не отбреет.
— Стаc — это мой партнер, — пояснил Тарас. — И фирма у нас с ним общая.
Шульговский уронил с края чашки каплю, чертыхнулся и, достав из кармана большой красный в белую клетку носовой платок, промокнул им брюки.
— Когда мой муж и его партнер только разворачивались, я эту их фирму называла «Стаc энд Тарас», — засмеялась Нелли. — Конечно, если бы все начинать сначала, то пусть был бы один Тарас.
— Не верю, что это говоришь ты! — хмыкнул ее муж. — Ты же безумно любишь Стаса!
— Люблю, конечно. Тарас, попроси, чтобы мне принесли вина, — попросила Нелли.
— В такое время? — тот бросил взгляд на часы.
— Но мне хочется!
— А вы будете? — спросил Тарас, быстро оглядев Веронику.
На самом донышке его глаз притаился мужской интерес. Вероника была как-никак победительницей конкурса красоты. Пусть и малюсенького конкурса, но все-таки.
— Вы недорассказали про угрозы, — напомнила та, отказавшись от вина.
— Ну… Это все! — пожала плечами Нелли. — Никто эту записку всерьез не воспринял. Однако бурная Кира не только настроила против себя остальных двух финалисток, но и ухитрилась сделать так, что они переругались между собой.
— Хорошенькое дело! — хмыкнул Тарас. — Я тут стелюсь для того, чтобы конкурсанткам было комфортно…
— Ты стелешься для того, чтобы было комфортно мне, — похлопала его по плечу Нелли. И добавила для Вероники:
— Тарас с самого начала помогает моему журналу выживать.
— Так вот почему вы их рассадили! — пробормотала Вероника. — А Кира после того, как получила записку, не испугалась ехать сюда?
— Конечно, нет. Да всем ясно, что это так — глупый розыгрыш! Кому она нужна, Кира из химчистки, верно ведь?
— Ты не права, дорогая, — возразил Тарас. — С таким жутким характером можно нажить себе врагов даже в химчистке. Эта Кира — та еще штучка. Да одна фишка с номером чего стоит!
— С каким номером? — поддержала беседу Вероника.
