– Съели, – равнодушно произнес бармен. – Так себе похороны, конечно, с нашей человеческой точки зрения, но с их, мутантовой, смысл есть: псио, сожравший мозг, сердце и печень другого псио, становится заметно сильнее в ментальном плане. Ненадолго, правда, но тем не менее. А порой они вообще друг друга как удавы целиком заглатывают – брюхо позволяет. Сначала оно растягивается, а потом сжимается, прессуя и ломая кости проглоченных трупов.
– Ужас какой, – поморщился Циркач.
Я усмехнулся.
– Привыкай, парень. Здесь, в Зоне, еще не такое и услышишь, и увидишь, и на своей шкуре прочувствуешь.
…Село Рудня-Вересня ничем особенно не отличалось от других давно заброшенных населенных пунктов Зоны. Одноэтажные хаты, покосившиеся от времени, с разбитыми окнами и прохудившимися крышами. Одни из них сохранились более-менее, другие успели за годы после Чернобыльской аварии развалиться почти полностью…
Однако на всех строениях, что относительно целых, что тех, от которых остались лишь груды почерневших бревен, были хорошо видны отметины от пуль…
Стреляли здесь много, увлеченно и относительно недавно, так как края пулевых отверстий были ровными, свежими, не успевшими покрыться мхом и плесенью. По ходу, не врала «Энциклопедия Зоны» – не много дней прошло с тех пор, как тут спецназовцы, попавшие в ментальный плен к псионикам, азартно мочили друг друга.
Интуитивно не нравилось мне это место. Как только мы пересекли околицу села́, моя сталкерская чуйка прям зазвенела, пронзив позвоночник холодом и противной мелкой дрожью – словно у меня в спине невидимый музыкант дернул какую-то чувствительную струну, натянутую от затылка до копчика. И в ответ на эту омерзительную мелодию забилась мысль под черепной коробкой: не надо туда ходить!
Ее я и озвучил, окликнув Бесконечного, уверенно плывшего впереди:
– Слышь, бармен. А ты уверен, что тут безопасно?
Ответом мне был смешок с хорошо слышимой ноткой презрения.
– Ты все еще не веришь в мои способности предсказывать будущее? Нормально все будет, Снайпер, не переживай. Через это село проходит хорошо сохранившаяся асфальтовая дорога Старые Соколы – Черевач – Чернобыль. Мы по ней дойдем до села Черевач, потом свернем на дорогу, что проходит справа от «Дуги», свернем налево – а там до Куписты рукой подать.
Я мысленно прикинул маршрут. В целом, общая картина выглядела бы неплохо, если б не дурная слава об окрестностях села Черевач и местности вокруг загоризонтной радиолокационной станции «Дуга-1». Объективно я бы предпочел добраться до озера Куписта менее удобным, но более безопасным маршрутом. Но, с другой стороны, Бесконечный уже успел доказать, что и правда кое-что смыслит в предсказаниях будущего, потому я свои сомнения решил до поры до времени подержать при себе.
– Ладно, давай попробуем, – пожал я плечами, на всякий случай щелкнув вниз переводчиком огня – у любого вменяемого сталкера во время походов по Зоне патрон всегда в патроннике, дабы в случае чего не терять времени на его досыл. А «случаев чего» зараженные земли предоставляют нашему брату в изобилии.
Как сейчас, например…
Бесконечный продолжал уверенно плыть над жухлой, серой травой, оставляя на влажной земле следы от невидимой обуви. Вероятно, на нем были и штаны, и рубашка, и ботинки – но, видимо, от соприкосновения с телом бармена они тоже теряли видимость. Так, порой в районе его рук и ног мелькало что-то расплывчатое, отдаленно напоминавшее лоскуты камуфлированной одежды, однако, мелькнув, тут же пропадало. Забавный эффект, похожий на баг в компьютерной игре, м-да…
Мы уже почти дошли до центра села, когда я краем глаза уловил движение в одной из хат, сохранившихся немногим лучше остальных. Естественно, я тут же развернул автомат в ту сторону…
А вот стрелять не стал.
Ибо из дверного проема, лишенного двери, вышла женщина в грязной и рваной одежде, с неестественно большим животом, который она поддерживала обеими руками.
Первой моей мыслью было: «Беременная? И если да, откуда она в Зоне?»
Выглядела женщина изможденной, несчастной и не представляющей опасности. Ну и правда, чего плохого можно ждать от той, у кого обе руки заняты собственным животом, а сама она едва не падает от недостатка сил? Бывает, что проникают в Зону туристы-экстремалы, ретивые журналисты, борцы за экологию и прочие не совсем здоровые на голову люди – а потом рады бы свалить из этого кошмарного места обратно на Большую землю, но почему-то ничего путного из этой затеи у них не получается…
Судя по тому, что Бесконечный свой автомат опустил, мысли у него были аналогичные. А Циркач даже не поднял. Более того, шагнул к женщине:
– Вам помочь?
И вдруг застонал, схватившись за голову. И прежде, чем он рухнул на колени, я краем глаза увидел, как у него из ноздрей брызнула кровь…
Такое с людьми тоже бывает – при инсульте, например. Только больно уж молод был Циркач для такого резкого приступа, да и понял я уже, в чем его причина.
И начал стрелять раньше, чем у юного сталкера хлынула кровь из ушей, свидетельствуя о необратимом поражении мозга.
