Ракета вылетела не ввысь, а здорово вбок, это помешало понять, что происходит, но ее света было все-таки достаточно – внизу, прямо под ними, в высоченной траве – лишь одни головы и копья торчали, – двигались колонны диких пернатых. Направлялись они, конечно, к светящемуся впереди бивачному холму главной армии бегимлеси.
– Вот это да! – крякнул Ким. – Даже травы под ними почти не видно.
– Антон, отойдем чуть южнее и снова попробуем.
Отошли километров на пять и снова пустили ракету. На этот раз идущих к главному лагерю пернатых было еще больше.
– Ты как догадался, что они тут… в темноте копошатся? – спросил Антон.
– Воевал с ними за торфоразработки и знаю, что и как они делают.
– К утру их будет тысяч сорок, – отозвался Ким. – Но из них, как мы посчитали, только пятнадцать – организованные бойцы, остальные – дикари.
– Еще неизвестно, кто лучше дерется, – отозвался Антон. – Они хоть и без пушек, но, если до нас доберутся и пустят в ход свои… Что там у них, Рост, я что-то плохо помню?
– Ружей мало, в основном тесаки и копья, а сзади идут пращники. Лучников и арбалетчиков я не видел.
– Не видел лучников? – Ким был мрачен, его голос даже ниже стал от напряжения. – Ну, это сразу меня успокоило. А я думал, у нас неприятности.
– С таким численным перевесом они нас и одними копьями перебьют, – отозвался Антон.
– Кого это – «нас»?
– Город.
– Ладно, – решил Ростик. – Разведали и во всем разобрались. Возвращаемся. Нужно еще раненых выводить, думать, что делать… И вообще – думать.
Несколько минут они летели в полной тьме. Тишина, которая показалась сначала Ростику естественной, теперь была каким-то образом нарушена. Наконец он осознал – это звучали идущие под ними колонны диких пернатых. Теперь, когда над их головами расцвели эти чудные огненные цветки, они перестали прятаться, поняли, что их все равно видели.
– И все же почему они дальше не пошли, – начал вдруг Антон, – почему вдруг стали такие силы тут собирать?
– И что надумал? – поинтересовался Ким.
– А то и надумал, – Антон вздохнул. – Вся причина – в той девчонке, которую Акимыч, кажется, Курицыной назвал.
– Как это? – не понял Ким.
– Пернатые на нее посмотрели и подумали, что у нас таких много. И решили вперед не идти… Пока уверенней себя не почувствуют.
– Почему ты думаешь, что одна-единственная стычка могла заставить их поменять темп и план кампании? – спросил Ким, но Антон отвечать ему не стал. Видимо, сам не знал.
Снизу, судя по расстоянию от главного лагеря пернатых, уже должна была появиться речка.
– Рост, – спросил Ким, – когда ты с бумажным дедом говорил, то обмолвился о подкреплении. Это ты так или что-то знаешь?
Друг его определенно был в плохой форме, даже не хорохорился. Поэтому Ростик и ответил:
– Должно быть подкрепление. Печенкой чувствую.
– Ах, печенкой!
– Да будет подкрепление, будет, – устало, так, что вместо поддержки вышло еще хуже, проговорил Рост. – Не зря же Дондик про Достальского говорил? Придет обязательно. – А потом вспомнил свои же сомнения: – Если успеет, конечно.
Они успели. Еще на подлете к лагерю в воздухе вдруг стал слышен грохот машин и голоса многих людей. Это подошли наши.
Едва Ростик приземлился, его попытались взять под арест каких-то три совсем ошалевших от темноты и переживаний новобранца. После того как Антон авторитетно послал всех троих по такой «маме», что даже Ростик покраснел, вопрос об аресте как-то сам собой отпал.
И хорошо, что отпал, потому что к ним почти тотчас подошел Акимыч. Он и доложил, что, пока Рост с Кимом летал, к Бумажному холму Достальский скрытно, в темноте, вывел ни много ни мало целых восемьсот стволов пехоты и привез более сорока латников.
– Привез? – удивился Антон. – Значит, и техника есть?
Техника оказалась, а именно два «БМП» и чуть не целая колона грузовиков с боеприпасами, шанцевым инструментом, палатками и всем прочим, необходимым для оборудования долговременного лагеря.
– Колонна? Ты точно говори, сколько всего?
– Да не видел я, темно же, – отмахнулся старик. – А если так уж надо, сам и считай.
– Да, – подумав, Антон вынес свой вердикт относительно старика, – штатский.
Ростик в их перепалке уже не участвовал. Он прислушивался к чему-то, что творилось около холма на вытоптанной площадке. А творилось там что-то в высшей степени интересное. Это же подтвердил и Ким, который, едва показался из лодки, тут же замер и продекламировал:
– Чу, если не обманывает меня слух, то шелестели котлы летающих бочек!.. Живем, бродяги, живем!
– Сколько их? – спросил Ростик. – Что-то я, как и Акимыч, в темноте не могу разобрать.
– Для такого случая у нас есть Винт.
Прошагав по земле в хвост лодки, Ким уже решил было объясниться со своим мохнатым загребным, но Ростик его остановил.
– Ладно тебе, сейчас найдем Достальского, он сам скажет.
