— Что? — спросил он, выдохнув мне дым в лицо и встретив тяжёлым взглядом.
— Ничего, — отозвался я, решив отступить: всё-таки он был прав, за проступки нужно нести наказание.
Распрощавшись с ним, я неторопливо направился в класс, под звуки звонка, возвещавшего перемену. В классе меня уже ожидали одноклассники, чьи взгляды изменились с отчуждённого на благоговейный. Особенно это было заметно у группки девчонок, перешёптывавшихся между собой и посматривающих на меня. Однако мне было всё равно, поэтому я уселся за парту, ссыпая всё её содержимое в портфель. Правда, одна из них, Настя — высокая блондинка с каре, несмотря на мою неприветливость, всё же подошла ко мне, пытаясь завязать разговор.
— Привет, Артём! Знаешь, я думаю, что ты правильно поступил, Алёша давно пересёк все границы! А Аркадий и вовсе многим не давал жить, — произнесла она, кокетливо склонившись надо мной.
Смотря на неё через призму подросткового разума, в неё можно было бы даже влюбиться, хороша чертовка! Белоснежная фарфоровая кожа, приятные черты лица, мягкий тембр речи. Однако её поведение отталкивало. Я ведь чётко помню, как раньше она, казалось, вовсе не замечала меня, словно я был призраком в её мире. Очевидно, она из тех, кто всегда находится рядом с местным альфой, и стоит ему смениться, как она без раздумий переключается на новую цель.
— Слушай, я что-то не понимаю, ты смеялась надо мной за спиной, а теперь клеишься?
— Я не клеюсь! — оскорблённо произнесла она.
— Называй как хочешь, Настюша. Знаешь, больше всего в жизни я ценю качество, именуемое верностью, а женщины вроде тебя, лишённые его напрочь, меня не интересовали и не будут интересовать, — резко ответил я, избавляясь от раздражающей занозы, и под ещё более удивлённые взгляды схватил портфель и направился к выходу.