Но делать нечего — в назначенный час сотрудники нарядились в костюмы шестидесятых годов, Доехали до места на специально нанятых автобусах и окунулись в атмосферу «Дикого Запада». Это было мое второе приобщение к корпоративной культуре — в нашей компании отмечали лишь Новый год.
Вечер удался на славу — мы вдоволь натанцевались и напились шампанского. Праздник снимал профессиональный фотограф, программу вели актеры одного из столичных театров, а стол ломился от еды — в общем, все было организовано на уровне. Лично я смутно помню, как добралась до своей комнаты (мы с Ларисой ночевали в одном номере) и заснула.
Последние дни уходящего года тянулись невыносимо медленно. Работы почти не было, и я просто изнывала от скуки и безделья. Город сверкал огнями елочных украшений, многочисленные вывески магазинов и ресторанов манили. Вечерами москвичи намертво застревали в километровых пробках. В магазинах выстроились длинные очереди за подарками — создавалось впечатление, что люди, охваченные новогодней лихорадкой, хватают все подряд. Пару раз от нечего делать я походила по торговым центрам, не планируя ничего покупать, — просто не хотелось оставаться дома в одиночестве. Я подолгу разглядывала витрины и окружающих людей, пила кофе в ресторанных двориках, но стоило мне закрыть глаза, как я исчезала из заснеженной Москвы и оказывалась под палящим египетским солнцем.
Я с детства любила новогодние праздники и с трудом верила, что эта традиция с елкой и дедом Морозом для меня скоро останется в прошлом — если у нас с Саидом все пойдет, как задумано, мне придется переехать на чужбину и принять их образ жизни. Я вглядывалась в возбужденные и вместе с тем расслабленные лица окружающих и думала, как сильно мне будет не хватать этого праздника: запаха елок, мандаринов и праздничных наборов конфет, куда предприимчивые производители кладут все, что не удалось сбыть за весь предыдущий год. Но, наверное, больше всего мне будет не хватать ожидания чуда и веры, что в эту волшебную ночь возможно все. Хотя умом я понимала, что в ежегодной смене цифр на календаре нет ничего магического, прощаться с нашими странными, труднообъяснимыми, но такими милыми сердцу традициями было грустно.
Мной овладела ностальгия: хотелось обнять каждую березу и сосну, вдоволь налюбоваться снегом, даже московские вороны отчего-то вызывали умиление. Порой я себя одергивала — Саид еще не сделал мне формального предложения руки и сердца, но совершенно очевидно, что ждать осталось недолго. Вся окружавшая меня привычная обстановка стремительно уходила в прошлое — было тревожно, весело и вместе с тем чуточку грустно.
Я купила несколько мелочей, чтобы сделать символические презенты Ларисе, Юле и еще двум-трем подругам. Маме я присмотрела симпатичный кардиган и долго думала, какой подарок привезти Саиду. На мой прямой вопрос он испуганно ответил, что у него все есть, мне же хотелось привезти ему сувенир со смыслом. После долгих раздумий я решила, что лучший подарок, от которого он не сможет отказаться, — это память о нашей первой встрече, и заказала в багетной мастерской небольшой совместный портрет.
Рано утром тридцатого декабря я встретила маму, отвезла ее на квартиру и ухитрилась вовремя приехать на работу. Впрочем, вряд ли кто-то мог заметить мое опоздание. Бульдог отсутствовал, а остальные сотрудники откровенно валяли дурака. На обед мы всем отделом съездили в суши-бар, а вечером мама, несмотря на мои обещания купить готовую еду, сама приготовила ужин. Мы наелись ее фирменных котлет и вышли погулять по праздничной вечерней Москве.
Мама была в столице далеко не в первый раз, хотя последние годы очень редко уезжала из Твери. Она сразу отказалась от посещения Красной площади и прочих культовых мест. Мы немного прошлись по району, где я жила, а потом мама попросила сводить ее в ближайший торговый центр — во времена ее молодости в Москве таких не было. Мы сели в маршрутку и поехали в «Ашан», который произвел на маму грандиозное впечатление. Зайти внутрь супермаркета мы так и не рискнули — по торговому залу носились толпы покупателей с безумными глазами, сметающие все и всех на своем пути. Оценив риск быть раздавленными при последней попытке москвичей купить новогодний подарок, мы немного походили по бутикам (они также были забиты покупателями), выпили кофе и вернулись домой.
