У меня словно камень с души свалился. Я выдохнула и только сейчас заметила, насколько до этого момента была напряжена. Мама просто забрала Морри домой, и тот, кого я не знаю, здесь абсолютно не при чем. Также, как и Тайлер Пирпонт или еще какие-нибудь мои потенциальные недоброжелатели, имя которым — легион.
Мы таки добрались до дивана. Синьор Луиджи расстегнул пиджак и закинул ногу на ногу.
— Мне нужен телефон, — сказала я. — И пистолет.
— «Смит-Вессон», как обычно?
— Сойдет, — сказала я.
— Я распоряжусь, чтобы заказ доставили в ваш номер, — сказал синьор Луиджи. — Могу я поинтересоваться, как прошла ваша операция?
— С переменным успехом, — сказала я. — Можно сказать, что мы выиграли битву, но война еще не закончена.
— Обычное дело, — сказал он.
— Есть ли какие-нибудь новости о Бордене? — спросила я.
— Синьор Борден не появлялся ни в одном из отелей нашей сети, — сказал синьор Луиджи. — Но мы получаем некоторые новости из Европы. Судя по ним, он идет по следу оружейника, поставляющего своим клиентам уникальные пули, и, в свою очередь, тоже оставляет за собой след. Довольно кровавый.
— Как это на него похоже, — сказала я.
— Мы с интересом и огромным почтением наблюдаем за его расследованием, — сказал синьор Луиджи. — И с радостью бы ему помогли, если бы он обратился к нам за помощью.
— Он убирает ваших конкурентов? — догадалась я.
— Не то, чтобы конкурентов, — сказал синьор Луиджи. — Скажем, сейчас он имеет дело с представителями недружественной нам организации. Настоящей конкуренции они бы не смогли нам составить в любом случае.
— Ладно, пусть развлекается, — сказала я. — Вы упоминали, что в Городе начались беспорядки. С чем это было связано?
— С политикой, — вздохнул синьор Луиджи. — Оказалось, что далеко не все горожане готовы поддержать британское вторжение.
— Вторжение?
— Это наш внутренний термин, — сказал синьор Луиджи. — На самом деле, никакой интервенции не было, правительство страны само их позвало. Но лорд-губернатор на первых порах вел себя довольно агрессивно.
Значит, они и правда это сделали. Я покатала эту новость внутри головы, но она ничем не отзывалась, не порождала никаких эмоций. Ни противоречия, ни принятия. Должно быть, я слишком устала и у меня было слишком много других проблем, чтобы волноваться еще и об этом.
— Так мы теперь колония? — уточнила я.
— Да, — сказал синьор Луиджи. — Мы теперь подданные британской короны, хоть наше мнение никто и не спрашивал, и вряд ли сможем перестать ими быть без новой войны за независимость. Впрочем, я не думаю, что она будет столь же продолжительной и кровавой, как первая. Империя уже не та.
— Как это отразилось на вашем бизнесе?
— Никак, — улыбнулся он. — У нас достаточно гибкая организация и все наши постоянные клиенты никуда не делись. С постояльцами тоже не возникло проблем.
— Вызывающая уважение стабильность, — сказала я.
— Людям всегда будут нужны отели, — сказал он. — Место, где они могут получить безопасное пристанище, горячий ужин, крышу над головой. И где они смогут найти людей, готовых решить остальные их проблемы.
— Задорого.
— Хорошее дешевым не бывает, мисс Кэррингтон. Вам ли не знать.
— Угу, — сказала я.
— Кстати, совсем запамятовал, — сказал он. — Синьор Кларк хотел с вами поговорить. Просил известить его, как только вы вернетесь. Разумеется, я не стал бы этого делать, предварительно не уведомив вас.
— Он сейчас здесь?
— За ним числится люкс на третьем этаже, — сказал синьор Луиджи. — Но мне неизвестно, в отеле он сейчас или нет.
— В любом случае, скажите, что я буду рада его увидеть, — сказала я.
— Конечно, — сказал синьор Луиджи. — Желаю вам приятного пребывания.
Синьор Луиджи поднялся, поправил пиджак, разгладил воображаемую складку на рукаве, нацепил на лицо фирменную улыбку и отправился приветствовать кого-то из новых гостей.
Я нащупала в кармане ключ, вызвала лифт и спустилась в свои особо защищенные апартаменты.
В которых меня никто не ждал.
Телефон и пистолет с кобурой и несколькими запасными снаряженными магазинами ждали меня на столике в прихожей. Я скинула кеды, взяла все это добро и завалилась на диван в номере. Распечатав и активировав телефон, первым делом я набрала мамин номер. Время сейчас позднее, но до утра ждать я не могла.
— Резиденция Кэррингтонов, — сказала мама после восьмого гудка. — И лучше бы, чтобы у вас было что-то важное, раз вы решили позвонить нам в столь неурочный час.
— Мама, это я.
— Роберта! Слава богу, — сказала мама. — Я очень рада слышать твой голос. Где ты?
— В Городе, — сказала я. — Вернулась только что. Прости, что не позвонила раньше, у нас там были проблемы со связью.
— Инга жаловалась, что не может с тобой связаться, и я начала переживать. С тобой все в порядке?
— Да, разумеется, — сказала я. — А с вами?
— У нас все хорошо, — сказала мама. — Морриган спит, няня с ней. Не отходит от нее ни на шаг, это в нашем-то тихом городке, где никогда ничего не случается. И она отказывается уезжать, хотя в ее услугах нет особой необходимости, я прекрасно справилась бы и сама. Хочешь, я скину тебе фотографию?
