Господь называл апостолов: «Други, братья...» Он вознесся на небо пред ними. Медленно стал подниматься вверх, превратился в точку и исчез. Творец вселенной соединился с человеческим телом, стал одним из нас, прожил человеческую жизнь и человеческой плотью пребывает в тайне любви Святой Троицы, а меня это мало волнует, я еще могу о чем-то другом думать. Это очень странна Чистое безумие.
Мой сын, Ваня, как-то забыл телогрейку в лесу; пришел весной на то место, а там ежики "в рукаве устроились жить. Телогрейку пришлось так и оставить. Не будешь отнимать!
Было 4 года. Меня водили по соседям, ставили на табуретку, и я мог часами читать стихи, пересказывать страницы текста, сочинять и петь. Интересовал весь мир сразу: бежал от бабушки прямо под трамвай; почти не умея плавать, бросался в неведомое море на юге и т.д.
В 4,5 я замолчал. Остался беззащитный один, как мама бросила.
Вот, так и без Бога.
В Китае есть такое место, где живут православные китайцы. Они очень мало едят и много работают; копают мотыгами, сажают-выращивают. Иногда работает небольшой трактор. Их все обижают, хотят прогнать, а они не обижаются.
Другие китайцы тоже трудолюбивый народ; любят порядок, любят хорошо зарабатывать. А китайцы, которых прогоняют, больше всего любят Бога, поэтому у них приятно бывать и никогда не скучно.
Человек пристально следит за собой. А я слежу за ним.
Прости; окажи милость; и Сам, Господи, — милый, любимый. Мне друг рассказал Он так понимает.
С тех пор, это пес время со мной.
«К концу жизни стать бы нормальным человеком».
о. Димитрий Смирнов, проповеди.
Или всюду хорошо; или всюду плохо.
Пишешь, пишешь, а денег вес нет.
Сегодня много было всего. Хорошо жилось только два момента. Когда лежал на диване в чисто убранной комнате и в полутьме слушал лекцию о христианской жизни. И потом пару раз, когда ходил за чаем и видел ночь, крупные низкие звезды.
Я смотрю в окно. Передо мной куча желтых листьев, нападавших с вишни. Каким-то образом в них отражается весь небосвод.
Инок, это тот, кто достиг любви.
Одно дело дерзость, другое — дерзновение.
Выхожу от мамы, стою в переулке и вижу
Садовое Кольцо: множество машин, все несутся. Неужели, и я сейчас там поеду? Сажусь за руль, завожу мотор, — вон он, я среди всех.
Одно дело «дерзость», другое — «дер-зно-вение». Бросаешься, очертя голову, к Непостижимому, — Он сразу рядом. Любит, жалеет, смотрит.
И, если выпил — за руль не садись!
Сижу. Смотрю в окно. Жена идет по тропинке. Думаю: куда это я пошел?
От нашего города до Москвы ходит автобус-экспресс. 2 часа — метро «Тушинская». Как-то раз сажусь, все битком. Места пронумерованы, на чужое не сядешь. С ужасом вижу, передо мной устраиваются два пьяных «дембиля», мат, о бабах и т.д.
Начал размышлять: кто их учил чему-то другому? Всю жизнь их представил, и стыдно стало. Не успел додумать — станция «Тушинская».
«Когда начинает
кто при тебе пресуждать
брата своего, сделай
печальным лицо свое».
Преподобный Исаак
Сирин.
Умиление — это когда начинаешь проливать слезы, осознавая великую милость Бога к себе и ко всему, что творится в мире.
Всегда внезапно. Как снег.
Если бьют наотмашь, уворачиваться поздно.
Утром жена взяла нож, который я подарил сыну на 16-летие и отдала рабочему. А я в 16 лет продал за водку альбом для марок — подарок отца.
Господи, прости нас!
P.S. Отец мне ни слова не сказал.
Спокойно одетые двое молодых людей. Чистые, добротные, не сковырнешь.
— Нет, лучше стали делать. Последний «Феррари» — это очень сильно. Такая форма. Линия прямо из земли снова в землю. Наверху, раз, горбик.
— Я видел горбик. «Прыг» — и нету! Именно, думаю «прыг» и нету. Но я уже взрослый и Понимаю, как хорошо, что этот «прыг» был.
Я лизнул талую капельку на ветке яблони, —
она оказалась соленой на вкус.
Нельзя подменять настоящее ловко сказанным; времени нет.
(«Евангелие» пер. с греческого «благая весть»)
Хорошо бы, конечно, исполнять все условия и правила, и подвиг нести. Но на то и Бог! Он может и даром, просто так.
«И, подойдя, прикоснулся к одру;
несшие остановились, и Он сказал:
юноша! Тебе говорю, встань!
Мертвый, поднявшись, сел
и стал говорить;
и отдал его Иисус матери его».
(Евнг.Лк.7,14,15).
Конец, и Богу слава!
Благодарю В. Кондрашова,
семью свою
и о. Димитрия Смирнова.
П. Мамонов
