– Сначала мы думали, что на ювелиров напал твой брат, – сказал он. – Все на это указывало. Он знал о твоих замыслах, ему не составило бы труда найти подельников для ограбления. Вчера достоверно выяснилось, что это не он, – Макар потер плечо и поморщился, – и вдруг до меня дошло. У одного из грабителей на руке была татуировка. «…and destroy». Я был так уверен, что это название сингла «Металлики», что не проверил другие варианты. А они есть. «Skate and destroy» – вот что было написано у этого парня.
– Что это значит? – без всякого интереса спросила Динара.
– Это лозунг скейтбордистов. И еще есть песня с таким названием. Тоже про скейтеров.
Она подняла голову. В застывшем лице что-то дрогнуло.
– Готов спорить, что в компании твоего пасынка найдутся ребята, которые носят светящиеся кроссовки. Это молодежная обувь. Твой брат и его друзья для нее староваты. А для скейтеров производитель делает кеды с очень широкими шнурками. Фишка у них такая, понимаешь?
Динара расширенными глазами смотрела на Илюшина.
– Василий! – выдохнула она.
Илюшин кивнул.
– Мы знаем, кто украл диадемы. Но мы не можем их тебе вернуть. Я думаю, они где-то в доме, вряд ли он отдал их приятелям.
Динара схватилась за виски. Василий! Господи, она слепая курица!
– Он за мной подглядывал!
– Расскажи ей все, – проворчал Серей Бабкин.
Все? Что значит все? Что еще они могут ей рассказать? Ее фотографии в нижнем белье выложены на порнографические сайты?
Динара не удержалась от сухого смешка. Такого рода внимание ее не пугало. Она только хотела бы, чтобы с нею поделились процентом от дохода.
Вот в чем беда со всеми Курчатовыми. Они играют нечестно.
– Так мне разбираться, когда установили программу, или нет? – недовольно спросил человечек.
– Не нужно, – ответила Динара за Илюшина. Она почти пришла в себя. – Будь добр…
Она забрала ноутбук и захлопнула крышку.
– Спасибо, Сень. Ты очень помог.
Парень без слов взял протянутый конверт, шутливо поклонился и исчез. Они остались втроем.
Смятение, парализовавшее Динару, едва она узнала о слежке, рассеялось. Ее острый изобретательный ум уже подыскивал способы вывернуться из ловушки, не оставляя противнику ни клочка шерсти. О Василии она думала без всякой ненависти, скорее с оттенком восхищения. Мальчику удалось ее удивить. Она недооценила его.
Рассказал ли он отцу о диадемах? Что за игру затеяли Курчатовы? Как бы там ни было, на ее стороне есть одно преимущество: они не знают, что ей известна их роль в этом деле. Для них она – несчастное, мечущееся в панике животное. Охотник не боится лису, не ждет, что она прыгнет на шею его лошади с оскаленной пастью.
«Тебе не до лошади, милая, – сказала себе Динара. – Ты в капкане всеми четырьмя лапами. Думай, думай, как выбраться!»
Она вспомнила про Илюшина, подняла на него взгляд и вздрогнула. Сыщик смотрел с насмешливой проницательностью.
– Хочешь, чтобы мы помогли тебе найти диадемы?
Динара кивнула.
– Забудь, – вмешался Бабкин. – Макар, ты же не собираешься в этом участвовать?
К облегчению Сергея и разочарованию Динары, Илюшин покачал головой.
– Мы сделали для тебя все, что могли. Не стану врать, что меня не развлекает твое положение. Вор у вора дубинку украл!
– Тебя это веселит? – прищурилась Динара.
Вместо ответа Илюшин расплылся в широкой ухмылке. Несколько секунд она смотрела на него – и вдруг рассмеялась.
Бабкин недоумевающе покачал головой. Во дает девка! То сидела пришибленная, то разозлилась, а теперь вон хохочет во все горло. Была бледненькая, несчастная – обнять и плакать. И ведь не обнял никто, не утешил. А все равно глаза сверкают, разрумянилась, словно они выложили перед ней на бархатной подушечке эти диадемы, из-за которых столько шума. И хороша же, чертовка! Только очень уж непредсказуемая. Сергей таких женщин побаивался: никогда не знаешь, что они сделают в следующую минуту – то ли в огонь за тебя пойдут, то ли по горлу полоснут. И сиди думай, чем заслужил.
Динара сунула ноутбук в сумку и поднялась, глядя на них сверху вниз. Черные глаза весело поблескивали.
– Спасибо. Я оплачу работу полностью.
– Половина, – сказал Макар. – Договоренность была о возвращении украшений.
Сергей под столом двинул его пяткой. Сбрендил? Кто по доброй воле лишает себя гонорара?
Девушка покачала головой.
– Мне виднее. – Лицо ее внезапно смягчилось. – Вы правда помогли. Очень.
– Сядь, пожалуйста, – попросил Макар. – Я тебе не все рассказал.
– В чем дело?
– Это уже не относится к диадемам. Но нам с Серегой кажется, что ты должна об этом знать.
Тимур не собирался ехать на тренировку. После вчерашнего ему вообще ничего не хотелось, только лечь под одеяло и спать, спать, чтобы не вспоминалось всякое. Но Надежда объявила, что планирует уборку, и выгнала его без всяких церемоний: чистота важнее спокойствия мужа.
Пришлось собрать сумку и плестись в зал.
Возле «Тойоты» стояла Динара. Тимур ей виновато улыбнулся и ускорил шаг, словно был рад встрече. Рассказали все-таки, уроды, беззлобно подумал он. Что за мужики пошли… Никакой солидарности со своими.
