— У тебя есть парень? — спросил он, сверля меня своими внимательными глазами.
Я отрицательно покачала головой.
— Тогда я не вижу причины, мешающей двум свободным людям, поговорить.
Я тяжело выдохнула. И правда, что со мной? Вот он, прямо передо мной, сколько я из — за него страдала? А теперь растеклась липким сиропом у его ног. Мне стало противно от самой себя, а в душе снова начала подниматься обида.
— Зачем ты вышвырнул Кошку? Она доверилась тебе. Привыкла… Возможно, даже полюбила, а ты…, — слова давались тяжело, в горле встал предательский ком, я изо всех сил держалась, чтобы по щекам не покатились слёзы обиды.
— Я понимаю, что поступил подло, но если ты позволишь, я попробую объяснить. Просто выслушай… Не знаю, как описать это состояние. Наверное, это сравнимо с тем, как убавляют яркость на телефоне. Только вместо телефона — человек. Встаешь утром на автомате, делаешь какие — то заученные действия и ничего не чувствуешь, кроме бесконечного желания похоронить себя под толстым, мягким одеялом. Ешь изысканные блюда в лучших ресторанах, но не чувствуешь вкуса, он словно притупляется.
А помнишь как в детстве? Всё было безумно ярким и вкусным, даже обычная конфета могла доставить массу удовольствия, но со временем всё затухло. У меня это случилось, слишком рано. И вскоре пошли в ход алкоголь, сигареты и секс, они оживляли этот до банальности скучный мир. Пусть ненадолго, но делали его ярким, а меня живым. Но даже это со временем перестало приносить такое же удовольствие, как в самом начале: алкоголя и сигарет требовалось всё больше, а секс становился жестче.
Иногда чтобы что — то понять в этой жизни необходимо заплатить слишком высокую цену. Через две недели после того, как я зарубил твой проект, я попал в аварию и потерял отца и меня словно разбудили. Я снова стал чувствовать этот мир, но через боль и страдания и впервые в жизни задумался и захотел хоть что в себе изменить. Как будто бы появилось осознание того, что если я не перестану, вести себя как последний ублюдок, то закончу свою жизнь, не дотянув до тридцати.
А потом я познакомился с тобой, ты невероятно бесила меня и выводила из состояния равновесия, но самое удивительное, что мне снова стало интересно жить без тусовок и алкоголя. Мне хотелось видеть тебя, как можно чаще, пусть собирая этот гребаный мусор, но иметь возможность наблюдать за тобой. После каждой нашей встречи я был полон энергии и сил. Мне казалось, что я никого и ничего не хотел в своей жизни, так как тебя. И это стало моей ошибкой, нельзя теряя себя погружаться в другого человека. После того как мы перестали общаться я провалился в безнадежную пучину мрака, даже сейчас вспоминая это состояние мне становится не по себе. Кошка же стала моим личным проклятием, живым напоминанием о тебе. И когда я принял решение уехать, возможно, на несколько месяцев, я не придумал ничего лучше, чем оставить её у тебя. Прости, просто я знал, что с тобой ей будет хорошо.
— Если тебе было плохо, почему ты не попытался поговорить со мной?
— Я приезжал, но встретил твоего брата, он доходчиво объяснил, что ты счастлива со своим парнем.
— Он что сказал, что у меня есть парень? — удивилась я.
Глеб кивнул.
— Вот паршивец! — изумленно выдохнула я. Было неприятно, что брат решил за меня, но сильной обиды я почему — то не почувствовала. Неверное потому что я понимала, что он защищал меня так как мог и искренне в это верил.
— Значит, парня не было, — уверенно заключил Глеб. — Скажи мне, ты хоть иногда думала обо мне?
Полумрак палатки располагал к откровенности, а атмосфера была настолько непринужденной, что хотелось, говорить только правду.
Все время. Утром, днем и вечером и даже во сне ты не давал мне покоя. И даже когда мне казалось, что я ничего к тебе не чувствую, я продолжала мучиться вопросом: «Как ты там?» — подумала я, но выдохнула лишь тихое:
— Да… Почему ты уехал?
— Я хотел разобраться в себе и понять в чем смысл моей жизни.
Я замерла, судорожно соображая, что делать, потому что услышала шум приближающихся шагов и знакомые голоса.
Это что же сейчас будет?
Глава 31
Путешествия учат больше, чем что бы то ни было.
Иногда один день, проведенный в других местах,
дает больше, чем десять лет жизни дома.
А. Франс
Алиса
Ложись, — шикнула я, в панике утрамбовывая Глеба в стенку палатки. Быстро устроилась рядом, укрывшись летним покрывалом и вплотную прижалась к парню, надеясь, что в темноте мы сойдем за одно спящее тело.
— Она уже спит? И одеяло моё приватизировала. Я вообще — то его для себя тащил, чтобы под спальный мешок постелить, — возмущённо произнёс Илья, не успев появится в палатке.
Я почувствовала, как угол спасительной ткани пополз в сторону и изо всех сил вцепилась в него. Ужас сковал моё тело, я почувствовала себя провинившимся ребенком, которого застукали на месте преступления любимые родители.
Раздался шлепок, похоже, верная подруга Тая встала на стражу моего сна.