Мы помогли Тае снять верхнюю одежду и обувь. Глеб любезно предоставил нам подушку и одеяло.
– Я не хочу спа-а-ать, – заплетающимся языком сообщила подруга, несмотря на то, что её глаза слипались. Тая походила на маленького взъерошенного воробья. Волосы растрепались, следы от туши выделялись тёмными пятнами на веках.
– Хорошо, ты просто полежишь, договорились? – спросил Глеб, помогая расположиться ей на диване. – Нет, на спине сегодня не спим, ложись набок, да вот так, умница.
Он разговаривал с ней как с маленьким ребёнком – нежно и ласково и что самое удивительное, Тая его слушалась.
– Вы такие хорошие, – зевая, сказала она. – Я вас очень, очень люблю.
Ну, здравствуйте, приехали!
– Мы тебя тоже любим, отдыхай, – Глеб заботливо подоткнул одеяло.
Неужели она ему нравится? Эта мысль ужалила, словно молодая крапива.
– Посидите со мной, пожалуйста, мне одной страшно. Лиса, не бросай меня тут одну, – сонно протянула девушка.
– Да куда я денусь с подводной лодки, – выдохнула я, усаживаясь на пол. Глеб устроился рядом со мной. Мы навалились спинами на диван и вытянули ноги.
– Я заметил, что ты не пила алкоголь, почему? – неожиданно спросил Глеб.
Я удивилась его наблюдательности, мне казалось, что это я следила за ним на протяжении всего вечера, а не наоборот.
– А если я скажу, что меня штырит от самой жизни, от каждого вдоха и мне нравится состояние трезвости и ясности больше, чем состояние алкогольного опьянения. Ты мне поверишь?
– Фу, как пафосно.
– А это правда.
– Да отчего тут может штырить? Жизнь – унылое говно, – лениво протянул Глеб.
– Штырить может от людей, от близких, от друзей, от того что ты делаешь. Разве этого мало?
– На фиг тебе друзья, которые надираются? Тая же по сравнению с тобой убожество.
Я кинула обеспокоенный взгляд на подругу, она мирно посапывала и, к счастью, ничего не слышала. Мне кажется, я даже дыхание затаила от произнесённых им слов. Мне стало дико обидно за Таю.
– Ты сейчас серьёзно?
– Да, – кивнул Глеб.
– Тогда иди к чёрту. Мне не о чем разговаривать с человеком, который не понимает значения дружбы и может судить и оскорблять малознакомую девушку.
– У меня нет друзей. И я не верю в существование дружбы.
– Соболезную твоей ущербности. С таким подходом они никогда не появятся.
Я не собиралась его жалеть или что—то доказывать, это был его выбор, а я не нанималась в спасатели.
К сожалению, диван не раскладывался, и мне предстояла весёлая ночка на полу или в ногах у Таи.
– Представь, что твой горячо любимый парень однажды заставит тебя сделать выбор: он или подруга. Как скоро ты забудешь о своей дружбе и сможешь плюнуть своей подруге в лицо? – с раздражением в голосе спросил Глеб.
– Ты в своём уме?
– Просто ответь, – настаивал Глеб, сверкая глазами.
– Представь, что тебе скажут: "Выбирай, тебе отрезать правую ногу или левую?" Что ты выберешь? А? – я выжидающе уставилась на Глеба, но он промолчал, а я продолжила:
– Я уважаю чужие границы и общаюсь с тем, кто уважает мои. Поэтому я не буду связываться с таким мудаком.
– Ясно.
В комнате повисло гнетущее молчание, но Глеб не спешил уходить, он продолжал сидеть рядом и бросать на меня короткие взгляды. Его присутствие не давало расслабиться, моё тело подобралось, словно ожидая внезапной атаки.
– А ты почему не пил? – я разрушила звенящую тишину, чтобы немного отвлечься от тяжелых мыслей, которые лезли в мою голову рядом с ним.
– Я не пью алкоголь.
– Почему?
– Если я напьюсь, то полезу драться или заниматься сексом. Ты этого хочешь? – Глеб криво улыбнулся.
Я нервно рассмеялась.
– Ты шутишь?
– Нет, я серьёзно.
– Да ты псих!
– Не без этого.
Глеб пододвинулся ко мне на неприлично близкое расстояние, сминая личные границы. Я почувствовала терпкий аромат его тела с примесью духов. Он посмотрел на меня пронизывающим до самых внутренностей взглядом и произнёс полушёпотом:
– Мне очень хочется стать таким, как все. Завести друзей. Узнать, что такое настоящая дружба, – он слегка наклонил голову, становясь ещё ближе. – Ты станешь моим другом?
Я растерялась. Происходящее казалось мне абсурдным и даже интимным. Полумрак комнаты делал черты его лица опаснее, но вместе с тем привлекательнее. Вокруг Глеба словно клубилась тьма, но я понимала, что это игра моего воображения. Если бы я верила в существование ауры, то сказала бы, что его была очень сильной и подавляющей. И пока я пыталась понять, что я думаю и чувствую, Глеб расположился на полу, положив свою голову на мои колени. Он замер, продолжая смотреть на меня, словно ждал, что я его оттолкну. Но вопреки всякой логики, мне стало спокойно. Было что—то правильное в этом моменте. Я опустила руку ему на голову и тихонечко погладила. Не так, как девушка любимого парня, а как подруга, ободряющая друга в трудную минуту.
– Мы можем попробовать, но я не обещаю. Ведь друзей, как и любимых людей, выбирает сердце, а не разум.
Глеб рвано выдохнул.
Глава 15
