Я снял перчатки и швырнул в шмеля, намереваясь уйти, пока ещё мог контролировать свою злость.
– Ну ты и урод! – возмутился смертник с тележкой.
Я подался ему навстречу, ведомый лишь одним желанием: заткнуть. Как вдруг мне наперерез кинулась Шмель и заключила в крепкие объятия. Да что там заключила, кажется, она полностью на мне повисла. Я опешил от её поступка.
– Отцепись! – рявкнул я.
– Ага, сейчас!
Попытался её стряхнуть, но она лишь крепче в меня вцепилась, закинув ноги мне за спину. Руками цепко обвила мою шею. Старательно изображая обезьяну, повисшую на пальме.
– Пиз**ц ты ненормальная! – выругался я.
Вокруг нас послышались несмелые смешки ребят.
– Тронешь его! Я тебя… Я тебя… Понял?!
Честно говоря, я ничего не понял. Все мои ощущения переключились на то, как она вжималась в меня, стараясь крепче ухватиться. Ощущал её тёплое, женское тело. Моя злость стала приобретать окраски острого желания.
– Да отцепись ты от меня, сумасшедшая! Не буду я его трогать!
– Даёшь слово?
– Даю!
Она спрыгнула с меня, наши взгляды схлестнулись. С такой злостью и разочарованием на меня смотрел только один человек: мой отец. Напоминание о нём задело кровоточащую рану, которая ещё не зажила, и, честно говоря, я не знал, заживёт ли когда-нибудь.
Я развернулся и зашагал прочь под нерешительные смешки ребят.
Замахнулся и ударил ствол крепкого дерева, отчего на костяшках выступили капельки крови. Боль слегка заглушила эмоции.
Ненавижу собирать мусор! Ненавижу Шмеля. Я так долго приходил к состоянию равновесия, а у неё за пару часов получилось вывести меня из себя.
Я запустил руку в карман и достал пачку, которую надеялся больше никогда не использовать по назначению. Щелчок зажигалки и желанный дым заполнил мои лёгкие, даря обманчивое спокойствие.
Все практики, всё обнулилось, и теперь предстояло начинать сначала.
Перед глазами возник грустный образ Азалии, и я нажал на телефоне кнопку вызова.
– Здравствуйте! Мы можем встретиться? У меня случился срыв.
Глава 4.
Алиса
– Быстро отдал ключи! – рыкнула я на брата, который вольготно развалился на удобном кресле в уютной гостиной. Кокс, преданно лежавший возле ног недалекого хозяина, обеспокоенно задрал морду.
– С чего вдруг? Они мне самому нужны, – показушно удивился Илья и снова воткнулся в свой телефон.
– А ты не офигел? Вчера ты, сегодня тоже ты?
– Ага, и завтра тоже я.
– Завтра я, – вставила своё веское слово мама.
Они с папой завтракали, за столом в гостиной, аппетитными тостами с клубничным джемом, запивая их ароматным чаем и спокойно наблюдали за нашей перепалкой.
– Ма-а-ам! Ну, скажи ему! Я опаздываю! – взмолилась я.
– Вы уже не маленькие дети и должны уметь договариваться и решать конфликтные ситуации сами. Желательно без применения физической силы, – спокойно выдала она и сделала очередной глоток из белой фарфоровой кружечки.
В принципе такой ответ был ожидаем. Моя мама – один из самых востребованных психотерапевтов нашего города. Все её рабочее время расписано на месяцы вперёд. Иногда она зарабатывается до такой степени, что в режиме «автопилот» начинает раздавать ценные указания всей семье. В такие моменты спрятаться пытается даже Кокс, что уж говорить о её детях и муже.
Семейка у меня разношёрстная и интересная.
Пожалуй, самый нормальный по меркам общества в ней папа. Он стоматолог и у него своя стоматологическая клиника. А ещё он очень заботливый, добрый и самый лучший отец на свете. Именно он мазал мои коленки зелёнкой, когда я их разбивала и водил меня вместе с братом на занятия карате, искренне считая, что его девочка должна уметь за себя постоять. Хотя, думаю, тут не обошлось без рекомендации дедушки – военного.
Брат – это моё личное наказание и исчадие ада. Мы погодки. Он младше меня на год. Безбашенный гитарист, фанат рока и металла. Длинные тёмные волосы, ряд серёжек в ухе, пальцы, усыпанные массивными перстнями.
Родители разрешают ему всё. Даже многочисленные тату. Но самое убийственное даже не это, а то, где он учится.
Медицинский.
Да вот это лохматое длинноволосое чудо, усыпанное устрашающими татуировками – будущий врач. Надеюсь, я никогда не буду болеть и не попаду к нему на приём.
Представляю, как будут коситься на него бабушки-одуванчики, попав в кабинет. Зато от внезапно заболевших девиц-поклонниц отбоя не будет. И что они только в нём находят? Вот бы показать им, как он целуется со слюнявым Коксом и оставляет крошки от чипсов, хлеба, попкорна повсюду, где обосновывает место своего обитания.
Хотя каким бы раздолбаем он ни был, учился Илья хорошо. Лучший студент, гордость университета и родителей. Да и если быть до конца откровенной, я тоже гордилась братом, только он об этом никогда не узнает.
