С тех пор, Леший пытался организовать бой со мной, хотел отомстить, но я не шел на контакт. До сегодняшнего дня.
Пора взять реванш, и не в подворотне с пятью его дружками. А один на один перед сотней людей из «высшего» общества, в которое Леший все время намеревался попасть.
Рефери проверяет сначала перчатки Лешего, потом мои. Ведущий покидает октагон, а зал заполняет музыка. Голос Сергея прорывается сквозь нее, и я машинально киваю, но смотрю только на Лешего. Он пружинет в своем углу. Ждет схватки. Нервничает. Его глаза бегают с рефери, который становится посреди ринга, на меня и обратно. Мои уголки губ ползут вверх.
Да настанет расплата!
Рефери сначала кивает мне, потом Лешему, после чего хлопает в ладоши.
Я неспешно иду на встречу к пуле, которая летит на меня. Леший так быстро надвигается и со стороны может показаться, что у меня не остается места для маневра. Но, в последний момент, я уворачиваюсь от его кулака и бью в ответ ногой в живот.
Леший ловит ртом воздух, а я отпрыгиваю от него и ухмыляюсь.
Но одного удара недостаточно, чтобы сломить эту тварь. Он стискивает зубы и снова надвигается на меня. Я не двигаюсь, жду. Только закрываю лицо руками и встречаю перчатками его удары. Нескончаемые удары. Один за другим. Несколько пропускаю. И все для чего, чтобы подловить момент, когда его кулак снова полетит мне в лицо, и ударить в ответ.
Мой хук попадает Лешему прямо в скулу. Его голова отлетает в бок, а слюна брызжет по сторонам. Отпрыгиваю. Леший машет головой из стороны в сторону. Пытается сконцентрироваться на мне, когда я подлетаю к нему и бью прямой удар ногой в живот. Леший отступает на пару шагов назад, и теперь я надвигаюсь на него. Он закрывается от серии моих ударов. Но пару боковых по корпусу пропускает.
Я дышу быстро, но четко. Леший же рвано. Его глаза пытаются найти слабое место на мне, но удары не дают ему сделать ход. Все что он может — защищаться и отступать. Пока не упирается в сетку. И именно в этот момент, я вижу его улыбку. Хитрую. Зловещую. Наполненную кровью.
Не успеваю сообразить, что происходит, как Леший делает проходку мне в ноги, и я вместе с ним оказываюсь на полу. Из груди выбивается воздух, а Леший обхватывает мою голень и пытается надавить на ахилл. Я стискиваю зубы, чувствуя, как боль отдается в ноге. Но не поддаюсь ей. Отрываюсь от пола, разворачиваюсь и бью коленом Лешему прямо в лицо. Его голова отлетает назад, и хватка расслабляется.
Я вырываю ногу и вскакиваю, но только для того, чтобы снова оказаться на полу. Ведь Леший снова хватает меня за ногу. Он ползком пытается забраться на меня, обхватить любую конечность или лучше шею. Пятками упираюсь в пол и поворачиваю нас обоих. Сажусь на него и бью. Бью в разнобой. Сильно. Жестко. Не испытывая жалости. Леший закрывает лицо руками. Я попадаю между них.
Вспоминаю ботинки и кастеты, которые когда-то отхаживали меня. Вспоминаю его ухмылку. Вспоминаю его торжество. И бью. Бью со всей силы. Перед глазами нет ничего. Только воспоминания. Я ничего не слышу. Ничего не вижу. Ничего не чувствую. Только бью.
Тело Лешего обмякает подо мной. Но я не останавливаюсь.
Удар.
Удар.
Удар.
Руки Лешего падают на пол. А я бью.
Удар.
Удар.
Удар.
Из-за него мне пришлось бросить профессиональные бои!
Удар.
Удар.
Удар.
Чувствую руки на своих бицепсах. Но отмахиваюсь.
Удар…
— Антон! — женский крик прорывается через дымку воспоминаний.
Я останавливаюсь и поднимаю глаза. Сразу нахожу Милу. Она стоит за сеткой и прикрывает рот рукой. И смотрит на меня так, будто видит чудовище.
Она не понимает. Не понимает…
Ко мне снова кто-то прикасается, но я снова отмахиваюсь и встаю сам. Не отвожу взгляда от Милы, когда иду к выходу из октагона. Меня зовут, но я не обращаю внимания. Выхожу из клетки. Крики, свист, визг наполняют зал. Сергей пытается преградить мне путь. Я кидаю «потом» и обхожу его. Слышу голос ведущего в колонках, он пытается успокоить или подзадорить толпу. Не понимаю. Я вижу свою цель. И только это волнует меня. Она все приближается и приближается.
Мила тоже следит за мной. Не двигается. Ждет. Меня ждет!
Я хватаю ее за руку и тяну ее по проходу, не обращая внимания на людей за столиками, которые заходят в овациях и восхищении. Перехватываю Милу за талию и ныряю в коридор.
Мы в кратчайшие сроки преодолеваем его.
Заталкиваю Милу в раздевалку и закрываю за нами дверь на ключ. Прижимаю девушку к стене и жадно целую ее. К моему удивлению Мила не сопротивляется. Наоборот, приоткрывает свой сладкий ротик и напористо проникает языком мне в рот. Я думал, она будет в ужасе. Но нет, Мила берет инициативу на себя. Целует так страстно, так самозабвенно, что мозг отключается. Трусь об нее членом. Сжимаю попку. Кусаю губы. Подбородок. Шею.
Мила стонет. Царапается. Толкает меня в грудь.
Это происходит так неожиданно, что я отступаю. Хочу снова наброситься на нее, но замечаю хитрую ухмылку. Останавливаюсь. Мила сама делает шаг ко мне. И снова толкает. Шаг. Толчок. Еще шаг. Я ногами натыкаюсь на что-то твердое. И только после этого Мила останавливается.