В Бонне, в «Кунстмузеум», в рамках широкой ретроспективы, где были собраны многочисленные произведения современных художников, среди экспонировавшихся была одинокая, в человеческий рост скульптура — бюст, одетый в некое подобие одежды из шерстяного бархата. Пуговицы были отрезаны. Петли, карманы и обшлага рукавов зашиты. В каталоге значилось: «Шерстяной бархат на бюсте. Без названия».
Казалось, художник хотел, но не мог создать то, что не имеет лица. Голова, скорее перевязанная, нежели прикрытая, и там, внутри, распахнутые глаза, из которых грубо наложенной красной краской пытались стереть воспоминания. Потому что, говорили, слишком тяжело было выносить ничего не забывший взгляд.
«Die Erzählungen der Chassidim», книга Мартина Бубера, которую Лотта когда-то подарила Рафаэлю, в 1963 году вышла во Франции в издательстве «Плон» в переводе Армеля Герна под названием «Хасидские истории». Там на 424-й странице можно найти такую притчу:
«Рабби Боунам рассказывал: „Все другие хасиды Люблинского Провидца были куда лучшими учениками, чем я; но я знал его лучше, чем другие. Потому что однажды я вошел в его комнату, когда Провидца там не было, и услышал шепот: это одежды говорили между собой о его величии“».
