Илья устроился на постели, прижав Каро к своему боку, аккуратно и бережно. Прикрыл глаза, чувствуя, как мир и покой окутывают его со всех сторон. А главное, Каро доверчиво прижималась к нему, обнимала, целовала в ответ.
Жизнь за стенами особняка Мартыновых протекала спокойно. На удивление Ильи даже будущий тесть не очень часто сверлил его недовольными взглядами. Во многом, разумеется, это заслуга Роксаны.
Однако Илья не мог в полной мере расслабиться в доме, в котором жил. И Каролина видела это, понимала, переживала, но не лезла в разборки между двумя самыми любимыми мужчинами в ее жизни: будущим мужем и родным отцом.
Все решилось накануне свадьбы. Как и полагалось по традиции, невеста нервничала, гости были приглашены, меню утверждено, все запасы пополнены, а в просторном саду, точно муравьи, сновали работники агентства по организации торжеств. И даже платье, шикарное, невероятно дорогое и белоснежное, ждало своего часа в шкафу. А в кабинете хозяина дома собрались мужчины семейства, чтобы отпраздновать мальчишник. Выходить из дома Илья категорически отказался, вот и пришлось Назару и Науму организовать посиделки в стенах родительского дома. Пусть, по мнению парней, эта тусовка и обещала быть весьма занудной и скучной.
Но скучно не было, потому что Витольд Аскольдович, осушив пару порций элитного коньяка, взглянул на будущего зятя и, не обращая внимания, что в этой же комнате находился и его, Мартынова, давний друг и деловой партнер, он же — отец Ильи Ильича, недовольно и хмуро изрек:
— Думаешь, подходишь ей?
Илья ограничился безалкогольными напитками. Не любил Горняков спиртное, прекрасно помнил, кем были его биологические родители. А еще Илья понимал, что его родословная так и будет маячить пятном на его биографии. А потому, да, Горняков считал, что он для Каро — не самый лучший вариант.
Да только существовала одна проблемка. Любит он свою королеву, вредную, нежную, заботливую, дерзкую, единственную на всем белом свете. И она его любит, час назад только шептала ему на ухо об этом. И улыбалась. А, значит, ради улыбки любимой Илья сделает все.
— Я люблю вашу дочь, — спокойно ответил Илья.
Витольд Аскольдович смотрел на парня несколько долгих мгновений. Суровый, темный, сканирующий взгляд говорил об одном: второго шанса не будет. Мартынов приложит максимум усилий и отыщет Горнякова, где бы он ни спрятался.
— Не стоит, Витольд Аскольдович, — прищурился Илья, — Не уйду я. Тогда ушел, потому что думал, будто не нужен я ей. Приревновал без оснований там, на острове. Не разобрался. Сейчас все иначе.
— Поясни, — вскинул бровь Мартынов, а присутствующие притихли, и даже близнецы перестали болтать.
– Когда я нашел Каро на вашем острове, она была не одна. Выглядело все так, будто отдыхала она с мужиком. Я вспылил. Ушел. Не дал ей шанса все разъяснить, — нехотя коротко проговорил Илья, — Но это все в прошлом. Каро всегда была моей. И уж поверьте, изменам между нами не место.
— Так-так, а подробности? — вмешался Назар. — Каро была на острове с любовником?
— Не пори чушь! — оборвал его брат. — Каро дуреет по Илюхе. Какие там левые мужики!
— А Илюха говорит, что выглядело все правдоподобно, — усмехнулся Назар.
— Вы оба меня уже достали! — повысил голос отец. — С понедельника будете торчать в офисе!
На лицах близнецов отразилось недовольство. В семнадцать лет меньше всего им хотелось торчать в офисе, куда интереснее кутить с друзьями на полную катушку. Но спорит с грозным главой семейства не собирались.
— Выходит, вы разбежались из-за того, что Каро хотела заставить тебя ревновать? Вот ведь засранка мелкая! — пробормотал Витольд Аскольдович.
— Витольд Аскольдович…, — предостерегающе произнес Илья, не нравилось ему, когда о его любимой отзываются не очень лестно, пусть это делает и ее родной отец.
— Илья! — в свою очередь очень осторожно произнес Горняков-старший, видел, как напрягся его сын. Не хватало еще, чтобы сын вступил в конфликт с Мартыновым накануне свадьбы с его дочерью.
— Отшлепать бы эту поганку, — выдохнул Вит и скривился, а потом взглянул на зятя: — Ладно, что было, то было. Сами разберетесь.
Илья кивнул, соглашаясь. Он и сам не хотел бы, чтобы в их с Каролиной личную жизнь кто-то есть вмешивался, даже из самых светлых побуждений.
— Что скажешь, Илья Михалыч? — перевел Мартынов загадочный взгляд на отца Ильи. — Сейчас подарим, или до завтра отложим?
— А чего тянуть? Да и на завтра подарков хватит, — усмехнулся Горняков.
— Пап, да брось, — попытался возразить Илья.
Но разве ж можно идти против воли Мартынова и Горнякова-старшего? Да и понимал Илья, что родителей не переубедить.
— Участок мы выкупили. Со строительством поможем. Считай, от наших семей общая недвижимость, — скупо пояснил Мартынов и протянул Илье небольшую папку с документами. — Владейте. Но при условии, что сына назовете в честь меня.
— Эй, чего это вдруг! — подал голос Илья Михайлович.
— Вообще-то у нас дочка, — рассмеялся Илья, крепко пожимая руку тестю.
