Российским спецслужбам накануне президентских выборов становится известно, что в стране зреет заговор, инициаторы которого составили некий Меморандум, диктующий ряд политических условий действующей власти и, прежде всего, Президенту. Нити заговора тянутся к бывшему руководству страны, поддерживаемому отдельными губернаторами, министрами, олигархами… Не ставя в известность Президента, спецслужбы начинают борьбу против гарантов Меморандума, и в этом противоборстве стороны заходят настолько далеко, что сами становятся заложниками происходящих событий…
Любые аналогии с теми или иными персонами не имеют под собой никаких оснований и являются не более чем плодом воображения. Если же кто-то сам узнает себя, будем надеяться, не захочет в этом признаться. Если же кто-то вдруг осознает, каким он виделся со стороны, наверняка не поверит в это. В конце концов, на все Божья воля.
7 марта 2006 года. Москва. 168 часов до объявления референдума
Ровно за неделю до объявления даты всенародного референдума об изменении сроков полномочий действующего Президента спецслужбы совместно с Администрацией Президента в строжайшей тайне подготовили для газеты «Российские известия» два взаимоисключающих сообщения. Первое гласило: «Компетентными органами предотвращен заговор, направленный на дестабилизацию положения в стране, срыв всенародного референдума и президентских выборов. Как оказалось, кругами, близкими к бывшему руководству страны, отдельными главами субъектов Федерации и олигархическими структурами был сфабрикован документ, порочащий честь и достоинство Президента России, а также высших чинов государственной власти. К реализации далеко идущих планов заговорщиков были привлечены спецслужбы западных стран и эмигрантские круги, сложившиеся в последние годы. Прокуратурой РФ по факту заговора возбуждено уголовное дело. По подозрению в причастности к нему задержан ряд высокопоставленных чиновников, политиков, общественных деятелей. Ведется следствие».
Второе информационное сообщение гласило:
«Компетентными органами предотвращен заговор, направленный на дестабилизацию положения в стране, срыв всенародного референдума и президентских выборов 2008 года. Отдельными представителями действующей администрации президента, правительства и силовых структур готовились серьезные шаги по установлению режима авторитарной власти, попранию принципов демократии, общечеловеческих ценностей, которые должны были привести к дискредитации всенародно избранного Президента, приведению к присяге временщиков и, в конечном счете, – распаду России на мелкие самопровозглашенные государства. Прокуратурой РФ по факту заговора возбуждено уголовное дело. По подозрению в причастности к нему задержан ряд высокопоставленных чиновников, политиков, общественных деятелей. Ведется следствие».
Президент, наверное, в сотый раз прочитал оба сообщения. Перед ним мысленно промелькнули лица тех, кто так или иначе должен ответить за эту фантасмагорию последних лет. Некоторые из них были весьма близки ему и, можно сказать, даже по-своему дороги. Но были и совсем незнакомые люди.
Его бледное, застывшее лицо, как у собственного мраморного бюста с измайловского рынка, не выражало никаких эмоций.
Он еще раз взглянул на часы, затем перевел отсутствующий взгляд на календарь.
До объявления в СМИ даты проведения всенародного референдума оставалось ровно семь суток.
До Парижской пресс-конференции, об опасности которой было известно лишь ограниченному кругу лиц, времени оставалось не более суток.
Персональное решение Президента о том, какое из сообщений, хранящихся в двух – красной и зеленой папках, – увидит свет, еще не состоялось.
Октябрь – ноябрь 2002 года. Москва – Дальний Восток. 41 месяц до объявления референдума
– За что?
Крика ужаса и отчаяния умирающего никто не услышал. На Арбате сигналили машины, выражая бесполезный протест по поводу очередной пробки.
Черный кортеж – виновник ступора автомобилей – уже въезжал в Боровицкие ворота, но сидящий в одном из них Президент пока не знал, что только что потерял еще одного губернатора.
«Так бездарно», – поймал уходящую навсегда мысль Листов.
Он вытянулся во всю свою некогда богатырскую стать на грязно-сером асфальте у входа в ресторан «Ангара» и еще какую-то секунду слышал персональную похоронную мелодию, сыгранную на клаксонах разномастных автомобилей. На ближайших часах, которых на Новом Арбате великое множество, было 9.14.
Люди – а их в этот еще неторговый час было совсем немного – бросились врассыпную.
Никто в этой суете не обратил внимания на одетого в легкий плащ молодого мужчину, который быстро спустился в переход и через несколько секунд появился на другой стороне проспекта уже без плаща. Мужчина юркнул в «Ауди», и машина направилась в сторону Кутузовского. Благо в эту сторону никакой пробки не было.
