– Ну это мы еще посмотрим, что Анна Павловна скажет, может, и срочная госпитализация потребуется, – стерла я улыбку с лица полицейского.
Пока шли в дом, мысленно поблагодарила небеса, что вчера ночью, в одну из передышек, мы с Абловым кое-как, но прибрались в доме и даже ножку кровати на место поставили, и теперь позориться не придется. Зайдя в дом первой, я присела на край кровати к Виктору и легонько коснулась его левого плеча.
– Вить, просыпайся, – шепнула я.
– Лера, – протянул Виктор, как будто специально бодро и без намека на плохое самочувствие, а затем, не открывая глаз, нащупал меня и потянул к себе.
– Вить, мы не одни, – запротестовала я.
А больной не так уж и болен, – хмыкнул в дверях Славик, и они вместе со вторым полицейским загоготали.
– Так, молодые люди, вышли, вам здесь делать нечего, – деловито принялась командовать Анна Павловна. – А вы, девушка, отойдите в сторону от пациента. Сбегайте лучше, принесите теплой воды и чистое полотенце, чтобы руки помыть, и не забудьте медикаменты – все, какие есть в доме.
Все, что просила Анна Павловна, я выполнила, а потом, скромно встав в углу комнаты, наблюдала за тем, как женщина осматривала рану Виктора. Аблов то и дело бросал на меня жаркие, провокационные взгляды, а я, как школьница, отводила глаза и густо краснела до ушей. Где же бродила моя стыдливость еще несколько часов тому назад, когда я позволяла Аблову то, на что муж за годы совместной жизни меня так и не уговорил? В какой-то момент мое внимание полностью сконцентрировалось на нашей соседке. Вот хоть убейте, но не думаю я, что она врач, и все тут. Даже бинт в руках держит как-то не так. Неуклюже, что ли. Да и мазь наносит так, словно делает это впервые. Хотя врачи перевязками и не занимаются, это работа медсестер, но тем не менее. Что-то не так с этой Анной Павловной. Если Аблову в ближайшие часы не полегчает, опять пойду полицейских донимать и в больницу проситься.
– Вот я и закончила. Все у вас, Виктор, теперь будет в порядке, – радостно сказала Анна Павловна и поднялась со стула. – Я к вам еще попозже загляну, а вы лежите, сил набирайтесь.
– Анна Павловна, а вы, как врач, не считаете, что с подобной раной необходимо лежать в чистой палате, а, чтобы утверждать, что у больного все в порядке со здоровьем, необходимо как минимум анализы взять? – шагнув вперед, с вызовом спросила я и скрестила руки на груди.
Женщина резко развернулась ко мне, и я чуть не ахнула – ее лицо буквально перекосило от злости. На меня смотрела не милая дачница в уютном платке, а как будто самая настоящая ведьма.
– Ну что вы, милая, – выражение лица Анны Павловны мгновенно пришло в норму, как только она заговорила: – Зачем крепкому молодому мужчине валяться в душной палате из-за царапины? Лишнее это.
Стиснув зубы, я молча проводила Анну Павловну до крыльца, пришлось приложить немало усилий, чтобы не высказаться насчет ее сомнительного лечения. Но грубить женщине чуть ли не втрое старше тебя – это как-то не по-человечески. Да и что я ей, по сути, могла предъявить? Соседка оказала нам услугу, она не обязана была осматривать Виктора, хотя то, что происходило в комнате минуту назад, осмотром врачом пациента ну никак не назовешь.
– Лера-а-а, – послышался игривый голос Виктора из дома.
Стою, не шелохнусь, обратно зайти в дом не решаюсь – ведь придется с Абловым находиться наедине, смотреть любовнику прямо в глаза, что-то ему говорить, ночью-то мы не особо болтали…
Я взяла себя в руки, долго бегать от Виктора все равно не получится, надо как-то справляться со своей скованностью и учиться общаться с ним в новом своем статусе.
Аблов в расслабленной позе сидел на кровати, причем голышом, лишь стратегически важное место было прикрыто одеялом. Вроде бы уже и так и сяк, с разных ракурсов я любовалась Виктором, да и не только любовалась, а касалась его, обнимала и ласкала, но все равно его тело, грация хищника и мужская красота завораживали. Неужели он достался все-таки мне? Даже не верится.
– Иди сюда, – гипнотизируя взглядом, улыбнулся Виктор и похлопал ладонью рядом с собой.
– Не-а, – продефилировала я мимо Аблова и присела на табурет, стоявший возле печки. – Вам, больной, велено было лежать и сил набираться.
– Что значит не-а?
Виктор одним махом скинул с себя одеяло, встал и в чем мать родила потопал ко мне. Потом мы немного поиграли с ним в салочки, в итоге вновь сломали ножку кровати.
– Вить, а тебе не кажется, что мы ошиблись? – лежа на груди Аблова и вырисовывая на ней пальцем узоры, спросила я.
– Ты это о чем? – поднял голову Виктор.
– О том, что мы не полетели вместе с мамой на остров, а остались в стране.
– А-а-а, – голова Аблова вновь рухнула на подушку. – Мне еще со вчерашнего дня так казалось. Что предлагаешь?
