Снаружи было… странно. Я оказалась внутри огромного ангара. С трех сторон металлические стенки. А с четвертой вплотную примыкает к голой скале. Ах да, не голой. На ней огромная дуга из металла. Подойдя чуть ближе, увидела, что это не сплошной металл, а множество разных устройств. Даже с моим уровнем знаний видно — оптические датчики, электромагниты, какие-то трубки. Понятно, яйцеголовые пытаются снимать показания при включении перехода. А так как принципа работы никто не понимает, поставили все, что смогли достать.
А что, получилось даже стильно. Со стороны переплетение трубок и проводов напоминает какую-то египетско-ацтековскую хрень. Так, с этим понятно. А что с охраной?
Вдоль стен через каждые десять метров стоят ребята с автоматами. Ворота в дальней стене огорожены «лабиринтом» из бетонных блоков. Даже на таран пойти нельзя. А в очереди к пандусу, ведущему к стене, с пяток машин. Пока осматривалась, в бронебусик залез водила, и установил его вторым в очереди, сразу за Уралом с кунгом. За ним шли пара тентованых трехосных Уралов и УАЗ-буханка.
Машины выстроились в ряд, водилы вышли на перекур. Перекинула сумку поудобнее, подошла к кружку.
Компания собралась разношерстая. Двое явных работяг, один плутоватого вида мужичонка в потрепанном хб, двое в такой же, как у меня, необмятой новенькой форме.
— Привет, ты новый доктор? — спросил один из новеньких.
— Типа того, стажер, — ответила я и протянула руку. — Наташа.
— Толик, это Игорь, — представился за себя и друга новенький.
— Игорь Палыч, можно просто Палыч, — представился плутоватый. — Местный снабженец. Так что держись меня, сестричка. Будет и тушенка, и сгущенка, и форма по размеру. Если договоримся. Лекарства там…
— Це-два Аш-пять О-аш? — понимающе кивнула я. — Поищем. За тушенку.
— Вот это хорошо, когда медик понимающий! — А то Док жмот такой, что не подступись! Не понимает потребностей рабочего человека в длительной командировке!
— Григорий. Костя — представились работяги.
— Слышь, мужики, а что там такое, в натуре? — немного нервно спросил у старых водил Толик. — А то как-то стремно. Ничего не объяснили…
— Да ничего такого, — спокойно протянул Григорий. Как на инструктаже объясняли. За пять минут до перехода дадут сирену. Вертухаи начнут сматываться. Забираешься в кабину и ждешь. Смотришь только на дорогу перед собой, сильно в амбразуру не пялься. Дадут сигнал, следуй в колонне. И главное — не дай заглохнуть двигателю. Врубаешь скорость, даешь газу. Да, кстати, осторожнее сразу после перехода — там сразу двигун тянуть сильнее начинает, так что держи дистанцию, чтобы не врезаться. И не бросай резко газ, чтобы не заглохнуть.
— А что там, с той стоны?
— Да ничего особенного. Пальмы какие-то, трава, кусты. Потом грунтовка, около километра. Выведет на поляну. Машину направляй сразу на свободное место, до границы доедешь и останавливайся. Только не глуши, стартер не работает, аккумулятор моментально в ноль разряжается. Придется кривым стартером крутить. Пусть тарахтит. Будешь пару раз в день соляру подливать, а больше там делать нечего.
— Слушай, а правду говорят, что после укола там это… башка трещит?
— Да нет, не особо. Как с легкого бодуна. Только скучно там. Палыч слиняет, останемся вчетвером. Только карты и остаются. Разве что сестричка в гости зайдет. Заедешь, красавица?
— Посмотрим. Если и правда так скучно будет.
— Лучше к нам, на электростанцию, — вмешался Палыч. Мы на отшибе, там такая природа!
— Природа плюс тушенка… хм, нужно подумать! — рассмеялась я. — А шашлыки будут?
— Для такого случая какую-нибудь зверюшку подстрелим! Ты главное это… главный медицинский компонент не забывай! А остальное сделаем!
Тут завыла сирена и раздался металлический голос:
— Готовность десять минут. Всем занять места по расписанию.
— Поехали. Док, давай свое зелье, — повернулся ко мне боком и отогнул воротник водила, который Костя.
— Да запросто.
В сумке действительно было два отделения пузырьков. Одно с зленными, другое с оранжевыми метками. Так что осталось заменить пузырек, выставить на указателе 90 кг, приставить к шее и нажать на спуск. Потом скорректировать на 70 и сделать инъекцию Игорю и Толику. А затем и Палычу. Черт, чувствую себя настоящим доктором.
Разбрелись по машинам. Мы с Толиком забрались в предпоследнюю. И уже в кабине, устроившись в роли пассажира, снова установила свой вес и «стрельнула» себе в шею.
— Пять минут, — погрохотал голос.
Огляделась. Кабина не многим отличалась от бронеавтобуса. Боковые стекла наглухо задраены жестью, и только для водителя впереди небольшая «амбразура», закрытая кольчужной сеткой. С пассажирского сидения виден краешек пандуса. Водиле видно чуть больше — сам пандус и стоп-сигналы идущего впереди грузовика. Ну ладно, хоть что-то!
— Слушай, док, если живот крутит перед стартом, это нормально?
— Вполне. Называется «паническое» или «тревожное» расстройство. Дрожат руки выступает пот… Это нормально. Реакция нервной системы. Но извини, адреноблокираторов давать не рискую.
— Слушай, док, я сбегаю быстро. А то потом штаны стирать, машину мыть… я быстро, ладно?
