Катер стоял тут же, на плато. Просто в некотором отдалении от того места, где еще вчера находилась моя тюрьма. Кстати, когда транспортировка началась, я успела увидеть то, что осталось от поместья. И мне мгновенно стало еще холоднее: если бы сама не знала, что на том месте стоял дом, как минимум, в три этажа, то никогда бы не поверила. Кучка мелкого щебня и какого-то мусора высотой примерно мне по колено на здание не похоже точно. Чуть дальше, там, где виднелась фигура командора Старффа, угадываются остатки стены и валялись какие-то обломки.
Мое тело мгновенно словно заледенело, до того мне стало страшно. Каким чудом я умудрилась выжить в этом кошмаре? Какого бога мне за это благодарить?
Порыв холодного горного ветра слегка сгустил серую хмарь перед глазами, частично затягивая жуткую картину разрушения, скрывая ее с глаз, заставил меня задрожать от холода мелкой дрожью. Нольсиг наклонился ко мне, не сбавляя, впрочем, скорости:
— Простите, мы как-то не учли, что потребуется транспортировка пострадавших. Осталось буквально пару минут, и мы будем в катере. Потерпите немного.
Потерпите! Легко сказать. Стуча зубами от холода, я окинула его и второго сопровождающего взглядом: киллы были в легких планетарных скафандрах. Завистливый вздох застрял у меня в зубах, загустев от холода.
До катера мы действительно добрались быстро. Но я все равно к тому моменту уже словно в какое-то оцепенение впала. Я чувствовала, как меня бережно перекладывают с антигравитационной тележки в современную медицинскую капсулу. Как пристраивают к телу дополнительные датчики. Слышала, как встревоженно переговаривались между собой Нольсиг и второй килл. И даже понимала их слова.
— Шевелись, Эрн, девчонка совсем заледенела. Командор и так дерганый, если еще с ней что-то случиться, то вообще озвереет.
— Я думаю, дерганый! Я б на тебя, Нол, посмотрел бы, если бы какие-то твари высадили бы в воздух его родовое гнездо. Между прочим, с приглашенной гостьей! Уверен, командору хватало того, что его родители тоже погибли при взрыве. Лично я б скалы бы грыз, но достал бы этих уродов, и побеседовал бы с ними по душам.
Тот, которого звали Эрн, странно круглолицый килл с огромным шрамом от кромки волос у левого виска и до самого подбородка, крутанул в воздухе крепким кулаком. Словно демонстрируя способ беседы. Нольсиг шикнул на него:
— Уймись, Эрн, а то командор с тобой побеседует тобою же предложенным способом. И вообще, шел бы ты отсюда. Я капсулу запускаю.
— Ну так запускай, я не мешаю. Потом пойдем чего-нибудь горяченького хлебнем. Я командора хорошо знаю. Он на развалинах еще долго будет ковыряться. Но вытащит из этой горы хлама все, что сможет.
Нольсиг и вправду запустил капсулу. И, видимо, на максимальный режим. Потому что почти сразу, после серии неприятных электрических уколов в районе датчиков, на меня словно дохнуло блаженным теплом. А потом я и вовсе уплыла в навеянный умным механизмом сон.
Мое пробуждение было спокойным и по расписанию. Я медленно выплыла из сна, осознавая реальность по мере того, как включались все органы чувств. То, что я нахожусь в медицинской капсуле, сюрпризом не стало. Как и то, что моего пробуждения ожидает уже знакомый мне килл по имени Нольсиг.
— Доброе утро, курсант! Как ваше самочувствие?
Я прислушалась к своим ощущениям.
— Вроде бы все в порядке.
— Тогда вставайте. — Он протянул мне руку. — Я покажу вам, где можно привести себя в порядок. Лететь осталось не более трех часов. Вы большую часть полета проспали в капсуле.
Я неуверенно покосилась на протянутую ладонь. Где это видано, чтобы килл подавал руку землянке как равной и по доброй воле? Но все же приняла предложенное. Мужчина легко вздернул меня на ноги и неодобрительно нахмурился:
— Чем теперь кормят в Академии? Вы легче облачка, курсант. Еще немного, и вас не допустят до службы по физическим показателям.
Коже щек стало больно от прилившей к ним краски, когда я вспомнила, как питалась последнюю неделю.
— В Академии кормят нормально. — Услышав свой жалкий, мямлящий тон, я разозлилась сама на себя. Неожиданно это помогло говорить нормальным тоном. — Но я уже неделю, как покинула Академию!
Нольсиг хохотнул:
— Что-то ты слишком быстро отощала, девочка! Придется за тобою присматривать. А то ты такими темпами до окончания операции истаешь как дым.
— Как это: присматривать до конца операции? — Я удивленно заглянула в глаза киллу. — А вы тут при чем? Разве командор не запрет меня еще где-нибудь?
Килл посерьезнел:
— Я не думаю, что имею право тебе все рассказывать. Уверен, правильнее будет тебе поговорить с самим командором. Тем более, что он уже спрашивал, когда закончится программа и ты проснешься.
С таким аргументом спорить было глупо. Тем более, после той дисциплинарной выволочки, что мне устроил Старфф. Я кивнула, соглашаясь с Нольсигом:
— Да, вы правы, так будет правильнее.
Не уверенна, но кажется Нольсиг воспринял мое согласие с облегчением.
