А я точно знала, что плевать он хотел на желания девчонки, про которую он забудет не на утро после проведенной вместе ночи, а сразу же, как получит желаемое — разрядку. Ну, и еще одну победу в своем явно длинном списке.
— Не дрожи, Лаврова, — сказал Матвей, как только закрыл за нежелательными свидетелями нашего предстоящего разговора, дверь. — Присаживайся.
Садиться я никуда не хотела. Поэтому осталась стоять. Так я почему-то чувствовала себя гораздо увереннее.
— Давай сразу перейдем к делу, — выдохнув, сказала. Смотреть на Матвея прямо было трудно. Однако, я выдерживала его взгляд. Смотрела в темные глаза и ждала, что он сейчас мне скажет.
— Когда это ты заделалась такой деловой? — хмыкнул Матвей.
Он подошел ко мне почти вплотную. Потянулся рукой к моему лицу, но я отошла от него, словно боялась, что нежеланное прикосновение может обжечь.
— Мы уже не дети, Новак, — сказала, хмурясь. — Я пришла к тебе за помощью, которую ты сам же мне и предложил. Зачем тянуть с решением? Давай разберемся со всем сразу.
— Хорошо, — не стал больше спорить Матвей. Однако, снова подошел ко мне. — Давай сразу к делу. Я даю тебе деньги, на лечение твоей матери. Ты же даешь мне то, что я давно хотел.
— И что же это? — сделала вид, что понятия не имею, к чему он клонит. — Только не говори, что тебе по-прежнему нужно списать у меня домашку.
Я играла со гнем. Опасным, сжигающим все на своем пути. И он легко мог поглотить меня и всех, кто мне дорог. Однако, лебезить перед этим мерзавцем, было выше моих сил.
Он ухмыльнулся. Его вся эта ситуация забавляла. Меня же тошнило. От него, от всей этой ситуации и от себя. В первую очередь, от себя. Я не была дурой, поэтому прекрасно понимала, о чем он говорит. И он, в свою очередь, знал, что я не настолько тупа.
Матвей не собирался тянуть с болтовней ни о чем. Поэтому, вместо слов, сразу перешел к действиям. Сгреб меня в охапку и впился поцелуем в шею, запрокинув мою голову, схватив одной рукой за волосы. Голова, как и шея, сразу заболели. А тошнотворный ком в горле стал больше. Из-за него я не могла нормально дышать. Я сама вцепилась пальцами в плечи мужчины, но не для того, чтобы приблизить его к себе, а, наоборот, оттолкнуть со всей силы, какая у меня была. Но ничего не вышло. За прошедшее время Новак стал крепче не только в плечах. Казалось, он одним легким движением может свернуть мне шею, которую сейчас продолжал целовать.
Он крепче сжал пальцы, которыми удерживал волосы и еще раз потянул за них. Я зашипела, потому что боль стала нестерпимой. Он же сделает меня лысой!
— Пусти, — выплюнула, хотя до этого и пыталась сдерживаться. — Пусти, урод. Иначе я буду кричать.
— Кто бы еще тебя услышал, — последовал ответ.
И я бы продолжила словесную пикировку, но его губы переместились с шеи сначала на скулы, а потом чужой язык взял в плен мой рот. Пытаться снова возмутиться было уже невозможно. Поэтому я снова попыталась оттолкнуть от себя Матвея. Раз, второй давила ему на плечи. Это было похоже, будто пытаешься откатить с дороги огромный камень.
— Ты все такая же наивная, — заметил Новак, когда таки сжалился и перестал терзать мои губы.
Но это не означало, что он оставит меня в покое. Его руки уже вовсю исследовали мое тело. Сжимали ягодицы, прижимали к разгоряченному телу. И я уже могла почувствовать его желание.
— Наивно полагать, — эти слова я буквально выплевывала, смотря в самоуверенное лицо, — что я дам тебе. У нас договор. Который ты сейчас нарушаешь.
— Да, нарушаю, — ответили мне. — Потому что тебе все равно некуда деваться. Тебе нужны деньги, мне — твое тело. И я собираюсь уже сегодня получить то, что хочу.
— Я тоже, — процедила. — Поэтому, убери свои лапищи. Немедленно!
— Ладно, — это было произнесено, будто великое одолжение. Однако, перед тем, как меня все-таки отпустить, Новак еще раз показал, насколько хочет получить желаемое. Притянул меня к себе, куснул за губы, словно ставил метку и только после этого, убрал руки. Я не медлила. Отскочила от него, словно ошпаренная. — Так уж и быть. Сначала решим твой вопрос. Потом ты начнешь решать мой.
И думать не хотелось, как я должна буду его решить. Но сейчас в руках этого Монстра была судьба моей матери. И я не могла бросить все и сбежать. Дороги назад и в самом деле больше не было.
— Скидывай номер счета. Дальше я разберусь.
Руки дрожали. Несмотря на это, я смогла справиться с волнением и достать из сумочки телефон, на котором высветилось уже три пропущенных от брата звонка. Это взволновало. Только вот сейчас у меня не было возможности позвонить ему и узнать, в чем дело.
Номер счета, как и все документы-справки, были сохранены в моем телефоне в отдельной папке. Поэтому искать долго не пришлось. Я быстро скинула все Матвею. Он в свою очередь на время стал серьезным и собранным. Даже показалось, что сейчас его мало что интересует вообще, кроме тех фотографий, что я ему прислала.
— Деньги на счете, можешь проверить, — сказали мне минут через пять.