Прицепился, так и знала. Пил кровь и не собирался отпускать. С другого конца длинного стола его голос звучал тихо, но я слышала каждое слово. Скучно есть одному, пока Гена сидит в моей комнате. Барон захотел развлечься.
Жалости к одиночеству похитителя я не чувствовала. Сам себе злобный Буратино. Я не обязана болтать с ним о немецких художниках и произведениях искусства. Впечатлить меня роскошью все равно не получится. Я не из тех, кто бросался на золото, забыв обо всем. Сколько нужно – сама заработаю. Но тогда зачем все это?
– Если аппетита нет, тогда слушай, – ровным тоном продолжил Барон. – У меня есть информаторы в окружении Нелидова. Я держу наружку возле твоего дома с момента, когда папа узнал о дочери. Даже после того, как ты уехала в столицу, не стал снимать. И вот тебе фрагмент мозаики. Татьяна Семенова разволновалась, что телефон племянницы недоступен целые сутки. Обзвонила несколько институтов с вопросом, не подавала ли ты документы, но в каждом ей вежливо отказали. Не имеют право разглашать персональные данные абитуриентов. Будь ты на год моложе, тетя бы уже сидела в полиции с заявлением на розыск, но тебе восемнадцать. Взрослый человек. Имеешь право гулять три дня, не подавая весточки родным.
Волна жара прокатилась по позвоночнику и ударила в затылок. С языка рвался крик: «Оставь в покое мою маму, урод!», но я гасила вспышку, наматывая на кулак салфетку. Нельзя сейчас сбивать Барона с мысли, пусть рассказывает дальше.
– Как ты понимаешь, мне не нужен шум вокруг твоей пропажи, – монотонно излагал он, успевая между фразами есть суп. – Но я не настолько кровожаден, как ты успела подумать. Есть несколько способов успокоить твою тетю. Например, ты можешь ей позвонить. Сказать, что подала документы, получила общагу, а телефон просто разрядился. Обижена была из-за ссоры, звонить не хотела. Потом совесть заела.
Шикарный вариант. Если уж я не причем в истории с Нелидовым, то мать вообще не при делах. Она растила его дочь, как могла, пока он занимался бизнесом и жил с другой семьей. Я вдруг поняла, что, не смотря на все дрязги, отметины от ремня на заднице, я на все готова, чтобы мать не пострадала. Плевать, что это шантаж. Образ Барона хуже в моих глазах уже не станет. Самого дна достиг. Я открыла рот, чтобы спросить о цене, и тут же захлопнула. Нельзя говорить. Сам пусть рассказывает.
– Но есть и другой вариант, – ожидаемо продолжил похититель. – Татьяну могут использовать люди Нелидова, чтобы проверить, не состоим ли мы с тобой в сговоре ради получения выкупа. Например, захватят её в заложники и пообещают убить, если я не отпущу тебя. Можешь не надеяться, что это будет блефом. Её убьют на самом деле, как только я откажусь от предложения. А я откажусь. Мне плевать на твою тетю.
Даже не сомневалась. Кровь в голову ударила, я чувствовала, что багровею. Сдерживать нервную дрожь уже не получалось. Зубы стучали, руки тряслись. Я не надеялась на любовь отца, я вообще не ждала от него помощи. Но убить мать просто ради эксперимента – за гранью даже для таких, как Барон и Нелидов. Они не люди. Они монстры.
– Гена, воды ей налей, – приказал Барон. – Успокойся, Наталья, я стараюсь говорить короче. Имей терпение дослушать до конца. Я хочу упредить эту ситуацию, неважно произойдет она или нет. Как я упоминал ранее, есть еще вариант.
Охранник тенью возник рядом, и в моем бокале забулькала чистая вода. Сил не было взять его в руки. В голове взрывались десятки мыслей и картинки появлялись одна страшнее другой.
– Вы с тетей нуждаетесь в деньгах, – невозмутимо продолжил хозяин дома. – Если предложить ей достаточно много, она бросит дом и уедет, куда скажут. Ей соврут, что отец взялся за твое воспитание и благодарит за все годы, что Татьяна посветила его дочери. Я спрячу твою тетю, пока до неё не добрался Нелидов. Мне это выгодно, услышь посыл правильно. Мне. Выгодно. Меньше нервов потом потрачу, а история с выкупом и так сложная. Можешь не верить в такое псевдоблагородство и молчать, я не спрашиваю согласия. Ставлю перед фактом, только и всего.
Барон спокойно доел суп, а я сидела ослепшая и оглушенная. Мысли текли прежними маршрутами и никак не сворачивали в новое русло. Похититель прав, я не верила. Неужели ему не проще сразу её убить? Как говорили: «Есть человек – есть проблема, нет человека – нет проблемы». Раз уж для его круга финты с похищениями в порядке вещей. Бандиты девяностых, а не респектабельные олигархи. Столько лет прошло, ничего не изменилось. Не было у них тормозов. Что хотели, то и делали. Тем удивительнее маневр Барона. Оказывается, иногда деньги платили, чтобы спасти, а не убить. Но слово он сдержит, хотя бы в этом я не сомневалась. Как-то вопрос с матерью решится.
– Ты меня слышишь, Наталья? – позвал он. Я кивнула. – Хорошо. Мне нравится, какая ты сегодня за ужином. Именно этого я и ждал с первых минут нашего знакомства. Спать будешь без веревок, но это еще не все. Сможешь вести себя так все время, я буду и дальше делиться с тобой информацией о выкупе, твоей тете и планах отца. Согласна?
