Итан поворачивается ко мне. Наши взгляды встречаются. Не могу понять его эмоций: то ли он злится, то ли тоскует. Он берет мои пальцы в свою ладонь и подносит к своим губам. Так нежно и ласково, что я чувствую щекотку внизу живота и заливаюсь румянцем.
Если он сейчас скажет, что это не мое дело, то я буду спорить, пока не получу ответ. Я должна знать. Должна…
— Еще нет. — Кажется, что он не хочет говорить об этом.
Тоже не хочу этого, но я должна знать. Должна понять, где правда. Почему папа врет и что скрывает от меня.
— Тот отчет. — Продолжаю я. — О смерти мамы, он…
— Настоящий. — Итан сразу понимает, что я хочу знать. Не задает никаких вопросов.
— Но почему тогда…
Я хочу спросить: почему папа сделал липовый отчет и зачем обманывает меня, но и тут Итан понимает меня с полуслова.
— Потому что Морган помешан на деньгах. На прибыли и успехе компании в первую очередь.
— Но это же мама… — глаза печет, будто песка насыпали.
— Даже, если бы это была ты. Или вы обе. Уверен, он не поступил бы иначе. — Итан гладит меня по спутанным после произошедшего, между нами, волосам. Вытирает слезинку, катящуюся по щеке. — Мне жаль, Эми.
— Это не твоя вина. — Прижимаюсь щекой к сильной горячей груди. Мне хочется, чтобы момент замер, чтобы время остановилось. Потому что сейчас я чувствую себя нужной и защищенной. Хотя, понимаю, что это неправильно.
— И не твоя. — Итан прижимает меня к себе, от чего становится теплее. — Ты не виновата, что Морган такой человек.
— Папа таким не был. Раньше он был другим. Добрым и заботливым. Он очень любил маму, а она его. Но потом… в какой-то момент… он словно отдалился от нас.
— Деньги меняют людей. Большие деньги меняют быстро и бесповоротно.
— Получается, папа убил всех тех людей, — произношу это, а сама пытаюсь осмыслить и принять. Поверить. — Твою семью.
«Блин! Зачем я это ляпнула?»
Ворошить прошлое и вскрывать старые раны не то, что мне следовало бы делать.
— Прости! Мне очень жаль. — Извиняюсь. — Почему-то чувствую свою вину за это.
Итан берет брюки и одевается. Из кармана выпадает блестящий золотом предмет. Звонко ударяется о бетонный пол и скользит мне в руки.
Поднимаю. Собираюсь вернуть Итану, но мое внимание привлекает узор. Любуюсь величественным животным на зажигалке. Странно, ни разу не чувствовала от Итана запаха табака. Провожу по выпуклому узору подушечкой большого пальца.
— Олень — символ благородства. — Говорю я, а Итан застывает. Буквально замирает. Перестает моргать и, кажется, даже дышать. — Красивый.
Протягиваю Зиппо на ладони. Итан медленно тянется к ней. Забирает. Снова смотрит на меня завороженно.
— Эми, — хрипит он, — ты…
— Да?
— Нет. Ничего. Пойду посмотрю, пришел ли ответ.
Забирает зажигалку, кладет в карман. Все эти действия с какой-то нежностью совершены. Понимаю, что предмет важен для него. Как память о том, кто ее подарил.
Папа всегда говорил мне, что я слишком наивна. Может быть и сейчас я придумываю, а на самом деле все совсем не так.
— Ты выпустишь меня отсюда?
Почему? Зачем я это спросила?
Итан молча уходит, запирая дверь снаружи.
Рэд
Рэд костерил Итана на чем свет стоит. Мысленно, конечно же. Нет, он действительно беспокоился о друге, о его дурном и неправильном поступке, о риске, на который тот пошел. Но не понимал, почему Итан изменил свое решение? Стало жалко девчонку? Или правда влюбился как дурак?
Ведь если бы сейчас девчонки не стало, план Итана удался бы. Хотя, в глубине души Рэд был рад, что друг его остановил. Жить с подобным грузом не хотелось. Да и как бы он жил после такого? Любой нормальный человек не смог бы спокойно спать, после подобного. Рэд не считал себя исключением.
Он действовал на эмоциях. Они полностью затмили рассудок в тот момент. Страх заставил быть быстрым, идти на опережение. Только вот из мыслей не выходил взгляд друга, когда тот защищал пленницу.
Взгляд полный сожаления, страха за нее и боли.
Так смотрят только тогда, когда любят.
Но в подобное Рэд верить не желал.
Эти мысли были последними, которые он запомнил. Дальше резкая боль в затылке и темнота.
В себя приходил тяжело, снова связанный по рукам и ногам. На раскалывающейся от боли голове мешок, сквозь который можно различить лишь нечеткие силуэты. Затылок саднило. Не слабо его огрели.
— Очнулся? — голос, задавший вопрос был Рэду не знаком. — Хорошо. Если ответишь на интересующие меня вопросы, вернешься домой целым и невредимым. Если же решишь молчать или соврешь, то… Думаю, ты догадываешься, что с тобой будет.
Неизвестный прошелся по комнате. Сел.
Судя по звуку его шагов, они были не в квартире. Под ботинками похитителя хрустел камень и песок. Ледяной воздух проникает сквозь одежду. Значит, его куда-то перевезли. Вопрос куда и как отсюда выбраться.
«Ну, Итан, ну удружил!»
— Ну, что, ты принял решение?
— Да. — Ответил Рэд, смиренно опустив голову.
— Где скрывается человек, похитивший Эмлии Уотсон?
— Иди к черту! — Рэд бы с удовольствием плюнул в лицо своему похитителю. Но мешок на голове мешал это сделать.