— Эй, ты чего? — смотрю на него со смесью удивления и непонимания.
— Хочешь споить нашего ребенка? — Итан пытается выглядеть сурово, но получается мило, и я улыбаюсь.
— Ты прав. Не буду. Все равно не люблю алкоголь. — Отмахиваюсь, и устраиваюсь поудобнее.
— Иди сюда. — Итан берет меня в охапку и сажает себе на колени, как маленькую девочку. Обнимаю его, слышу, как спокойно и размеренно стучит его сердце и чувствую себя счастливой. — Спасибо.
— За что? — удивленно поднимаю голову и ловлю грустный взгляд.
— Если бы не ты… моя семья… я…. — Итан не находит слов, но я понимаю, что он пытается мне сказать. Беру его лицо в ладошки и целую любимые губы.
А дальше… Треск пламени в камине. Избавление от одежды. Наше сбившееся дыхание. Итан осторожен и нежен, хотя я хочу, чтобы он был грубее. Мы ласкаем друг друга, распаляем огонь внутри, доводим до кипения. Любимый пытается снова обойтись лишь своим язычком. Но я хочу большего. Умру, если он не почувствую его внутри.
Мы лежим прижавшись друг к другу. Я к нему спиной. В этой позе он входит не так глубоко, но как же я соскучилась по нему. По сумасшедшим толчкам внутри, по его обжигающей мужественности, увитой венами. Так сладко, что я не сдерживаю стон.
— Ты сводишь меня с ума, Эмили Уайлд. — Шепчет Итан и я улыбаюсь.
Я все еще Уотсон, но что-то подсказывает мне, что это ненадолго.
Итан
Просторный банкетный зал украшен для свадебной церемонии. Белые драпировки струятся с потолка, создавая ощущение воздушной легкости. Хрустальные люстры, словно замерзшие капли света, отражают мягкое сияние ламп. На каждом столе — изящные композиции из белых роз, пионов и эустом, нежно благоухающие, дополняют атмосферу романтики и торжественности. Серебряные подсвечники, тонкий фарфор и сверкающее хрустальное стекло бокалов — все продумано до мелочей, чтобы подчеркнуть значимость момента.
Я стою в центре зала, под аркой, увитой живыми цветами, жду своего часа и невероятно сильно нервничаю. Причины для этого нет, умом все понимаю, но нервная дрожь не покидает ни на секунду. Во мне смешались волнение и предвкушение. Наконец-то моя Эмили официально станет моей женой.
Начинает играть музыка, которую мы с Эми выбрали для церемонии. Сердце колотится в груди, как птица в клетке, и я чувствую, как ладони становятся влажными. Делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться, но получается не очень.
В дверях появляется Эмили и я теряю дар речи. Белоснежное платье словно соткано из лунного света. В нем моя девочка кажется неземным видением. Ее глаза сияют от счастья, а улыбка освещает все вокруг. Забываю обо всем на свете. Вижу перед собой только ее — самую прекрасную женщину в мире. Шаг за шагом она приближается ко мне, ведомая под руку Смитом.
Он не до конца принял меня, но все же принял. Уверен, наши с ним отношения постепенно наладятся. Да, я поступил как полный кретин, как мудак, но я исправлюсь и буду извиняться перед Эмили всю жизнь. До самой смерти. Удивительно, но Олсон внезапно подбадривающе улыбается мне. Несколько раз моргаю, чтобы прогнать наваждение, но улыбка остается на лице старика, и я отвечаю ему такой же доброй, благодарной улыбкой.
«Спасибо, что доверяешь мне Эми».
Смит кивает, будто услышал мои мысли. Он передает мне руку моей любимой, и я принимаю ее как самую большую в мире драгоценность — с трепетом.
Священник произносит слова, которые я слушаю словно в тумане. От волнения почти не слышу его, но вижу, как Эмили кивает в ответ и этого достаточно. Наступает момент обмена кольцами. Мои руки немного подрагивают, когда я надеваю кольцо на ее изящный пальчик. Оно сидит идеально, как будто создано специально для нее. Затем она надевает кольцо на мой палец, и в этот момент я чувствую, как волна тепла разливается по всему телу.
— Объявляю вас мужем и женой, — произносит священник, и тут же звучат оглушающие аплодисменты и поздравления. В глазах Эмили плещутся безграничная любовь и преданность. Наклоняюсь и целую ее, чувствуя сладость любимых губ и бесконечное счастье. Теперь она моя жена, и я готов посвятить свою жизнь ей полностью.
После поцелуя мир словно обретает новые краски. Все вокруг — гости, цветы, музыка — кажется ярче и громче. Эми прижимается ко мне, и я чувствую, как все мои тревоги и сомнения испаряются. Мы вместе.
Со всех сторон звучат поздравления, объятия и пожелания счастья. Я ловлю взгляд Олсона, и он подмигивает мне, а в его глазах читается что-то вроде одобрения.
Первый танец. Мы кружимся в объятиях под нашу любимую мелодию.
— Я люблю тебя, Итан Уайлд, — шепчет Эмили мне на ухо.
— Я тебя обожаю, Уайлд Эмили, — улыбаюсь ей в ответ.
Моя. Навсегда. В этот момент чувствую себя самым счастливым человеком на земле. В ее глазах мелькают озорные искорки, которые я так люблю. Ради нее я готов на что угодно.
Вечер проходит как во сне. Тосты, поздравления, смех, танцы. Время летит незаметно. Мы с Эми стараемся уделить внимание каждому гостю, но при этом не разлучаемся ни на минуту.