Регистратор открыл журнал и стал зачитывать слова бракосочетания.
Я не могла сосредоточиться, сгорая от страха. В чем смысл отдавать меня замуж за Чернова? Чтобы потом убить, а меня, как вдову, выдать за Дена. Ведь я снова стану наследницей — вдовой главаря!
Какой продуманный Костров! Может, он еще и брачную ночь с зачатием запланировал?
Я обернулась, чтобы посмотреть на разряженного Кострова, и снова вздрогнула. Он стоял рядом с моей мамой, обнимал ее за талию и нежно улыбался ей.
Все, что сейчас происходило, на реальность совсем не было похоже. Скорее на сон.
Я сплю?
— Невеста согласна?
— А? Что?..
Рус закатил глаза, всем видом показывая, что он так и знал, что я даже на свадьбе буду хлопать ушами.
— Согласны взять Чернова Руслана в законные мужья? — повторил регистратор.
— А! Да, согласна.
Раз уж мне впервые снится что-то хорошее, может, просто насладиться грезами? Но я себя знаю! Мой сон обязательно закончится резней! От этого я покрывалась холодным потом.
— Да, согласен.
— Властью, данной мне, объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.
Руслан повернулся, взял мое лицо в ладони и поцеловал.
На глазах у всех!
Прямо в губы!
Я ждала выстрела немедленно, но нас оглушили аплодисментами.
Руслан улыбался, обнимал меня, а я не могла поверить, что вдовой меня делать не спешат.
— Теперь распишитесь в журнале и получите ваше свидетельство о браке. Желаю, чтобы оно было первым и единственным.
Руслан расписался, за ним — я, и тут же прикрыла глаза. Кажется, формальности все улажены, вот сейчас начнется резня.
Но мы снова поцеловались под выкрики «Горько!», а потом все стали подходить и поздравлять. Первыми — мама и Костров.
Ну же, давай, вонзи мне нож в сердце…
Я недобро следила за каждым его шагом, а он улыбался. Поцеловал меня в лоб, поздравил. Пожал Русу руку, хлопнул по плечу. Я отвлеклась на плачущую от счастья мать, обняла ее. Впервые. Полностью теряясь в смешанных чувствах. Она перешла к Руслану, а меня сграбастал Ден.
— Поздравляю, сестренка. Но помни, ты обещала всегда быть моей семьей!
— Навсегда! — я искренне прижалась к нему, на мгновения закрывая глаза и решаясь разрушить свою иллюзию. — Скажи, вы убьете их?
— Кого? — опешил Ден.
Я с трудом сглотнула, чтобы не подавиться словами:
— Руслана и маму?
Но Ден не ответил, только подмигнул и поцеловал меня в щеку. Руслана он поздравил прохладнее. Между ними явно еще долго будут терки.
— Может, теперь освободите место для другой пары? — вдруг спросил Костров Руслана, тот засмеялся и потянул меня в сторону.
— Ты же не против двойной свадьбы? — подмигнув, спросил он.
Я растерялась еще больше, хотя, казалось, куда больше?
Ден? Он нашел свою любовь, поэтому отказался от меня?
Но потрясение был еще более сильным.
У арки перед регистратором стояла моя счастливая мама и улыбающийся Костров.
— Я сплю? Ущипни меня! — потребовала я у Руслана.
— Лучше я тебя поцелую, — усмехнулся он и растворил меня в поцелуе, как умел только он.
Пришла в себя только при словах регистратора:
— Объявляю вас мужем и женой. Поцелуйте невесту.
Вот тут я перестала сдерживать слезы, все еще не веря в то, что после всего пережитого счастье возможно.
Если бы я могла, то переиграла бы нашу свадьбу. Во-первых, отказалась бы от двойной. Я хотела бы два раза окунуться в этот чан счастья — сначала за себя и Руслана, потом за мать и… Кострова.
Конечно, она могла выбрать лучшую партию, но не выбрала. За много лет она пронесла любовь и благодарность в своем сердце к нему, своему убийце.
Я не стала лезть в эту странную связь, мне было достаточно, что мать счастлива и в безопасности за столько лет.
Вся моя свадьба для меня прошла как в тумане. Я до конца не верила в происходящее, хотя Ден мне в перерывах между «горько» сказал, что это очередное политическое решение — обмен меня на мать.
Кострову просто нереально повезло, что мать не считала себя заложницей, а для меня политический брак обернулся союзом по любви.
Костров влиял на решения Руслана через мать, а в будущем мне было уготовано стать переходником между Русланом и Деном, они между собой по-прежнему плохо ладили, хотя Ден стал крестным отцом нашего первенца.
Сына я назвала Дмитрием, Димом. Брат Дена остался самой болезненной темой между нами. Что было, если бы… Об этом мы никогда не узнаем.
А пока я была рада, что Костров смог вытащить мою маму из очередных бандитских разборок, защитить Руслана в его праве на главенство, сохранить семью свою и нашу.
Я впервые видела его живым, человечным, счастливым даже. Никогда бы не подумала, что Костров умеет быть счастливым.
Он совсем распоясался, стал оставлять город на управление Руслана и Дениса, а сам с мамой раскатывал по курортам. Я не против, но момент самоуправства иногда выливался в споры и даже скандалы. Мне приходилось каждый раз вмешиваться и решать все вопросы.
Когда родился Дим, Костров настоял на переезде в его дом. Мы с Русланом были против… первые две недели, пока окончательно не вымотались от бессонных ночей и без помощи мамы. Костров ее к нам не пускал.
