- У нас еще будет много времени, моя Нора. Тем более теперь, когда ты свободна, - улыбка поселилась в уголках его губ.
- Ты, пользуясь своим положением, расторг мой брак?
- Нет, это сделал Кассий, - пояснил Севир. – Нам пришлось встретиться с ним недавно: он привез записку от Александра и лекарство для тебя.
- Лекарство?
- Увы, но все девушки заболели. Не переживай, - успокоил меня, - оказалось, что у лекарей, которые оказались в распоряжении Александра, были с собой снадобья из Уайны. Они помогли намного лучше, чем те, что были в миссии.
- Прости, я…
- Ты ни в чем не виновата, Нора. Меня успокаивает мысль, что с тобой вовремя оказалась Инносентия, поскольку при всем желании я не мог остаться здесь, как бы ни хотел.
- Ты не всесилен, не кори себя, - теперь я пыталась успокоить мужчину, ласково поглаживая его по руке. – И мне уже намного лучше.
- Вижу, но ты еще какое-то время посидишь дома, а потом… девочки в приюте ждут тебя.
- Правда? – Вспомнила о своих воспитанницах с особой теплотой. – А мне разве можно будет появляться на виду у всех?
- Разумеется, но ожидай, что первое время будешь вызывать у многих нездоровый интерес и любопытство, - Севир вновь вернулся к еде и знаком показал, чтобы я последовала его примеру.
- Почему?
Но мужчина ответил только тогда, когда я съела всю порцию до последнего кусочка и разделила с ним зажаренный хлеб пополам.
- Чтобы отбить всякую охоту к жертвоприношениям, я объявил, что «лилии» были отвергнуты Омадом и остались живы. Таким образом, божество показало нам, что недовольно и требует перемен. Так мои приказы стали выполняться намного быстрее.
- А убийство Тауруса? - Шепотом спросила я, надеясь, что мы обсуждаем бывшего наставника в последний раз.
- Заговор в Совете, который привел к гибели всех остальных магистров. Все поверили в версию, что они банально поубивали друг друга в стремлении захватить власть. – Севир отвечал довольно спокойно, но его взгляд был направлен куда-то в сторону мимо меня. – Я опасался, что начнутся вопросы, но оказалось, что рыцарей гораздо больше волнует то, что они теперь вправе, не таясь, вступать в связи с женщинами и заключать браки.
- Александр?
-Мы договорились, что он остановит наступление войск, а через пару недель я официально объявлю, что во время молитвы Омаду на меня снизошло озарение. – Теперь мужчина снова смотрел на меня, - о том, что Тристию ждет процветание только в случае возвращения «истинного короля».
- Народ поверит? – Нахмурилась я.
- В то, что «лилии» остались живы после жертвоприношения, люди поверили. Кроме того я умею быть убедительным. – Мужчина казался невозмутимым.
- Я боюсь за тебя, - признание сорвалось с моих уст легко.
Севир покачал головой и слабо улыбнулся:
- Не нужно. – Он наклонился ко мне и поцеловал с такой страстью, что в какой-то миг поднос с тарелками оказался сдвинут куда-то в сторону, а я была устроена поверх тела магистра, который прижимал меня к себе.
Через какое-то время, Севир, оторвавшись от моих губ, вспомнил о другом:
- Александр обещал передать вскоре ткань для тебя. Думаю, твоя подруга постаралась.
- Ткань? – Мне нравилось лежать на нем и разговаривать, смотря на него вот так, глаза в глаза.
- Теперь всем жителям Тристии разрешено носить одежду разных цветов, - пояснил он мне. – Думаю, заказов у тебя прибавится. Но я хочу попросить, чтобы ты в первую очередь сшила платье для себя. Красивое платье.
- Странно это слышать сейчас, когда я в ужасной длинной сорочке до пят, не причесанная и немытая много дней, - загрустила, но Севир снова жарко поцеловал меня.
- Я люблю тебя: неважно, как ты выглядишь и что на тебе надето. – Он положил ладони на мои ягодицы и прижал к той части своего тела, которая доказывала его слова. – Лишь хочу, чтобы день нашей свадьбы запомнился тебе.
- Красивым платьем?
- Именно. – Севир поцеловал кончик моего носа и серьезно добавил. – И мужчиной, чье сердце принадлежит одной тебе.
Удивительно, но я случайно вспомнила этот наш разговор много дней спустя, когда Омад или кто-то из других богов позволили нам пожениться. На мне было надето обычное темно-синее глухое платье, волосы заплетены кое-как, поскольку я торопилась, услышав весть о том, что Севира пытались убить агенты Силезии, проникшие в столицу под видом торговцев.
Благодаря «вести от Омада» о том, что власть необходимо передать «истинному королю», над столицей и другими частями Тристии перестал витать страх голода, а продукты и остальные товары вновь появились на ярмарках города.