Машина с пробуксовкой рванула вперед. Тут и там по пути их следования встречались вооруженные люди. Завод являлся режимным объектом. Начавшуюся панику начали локализовать силами внутренней охраны и прибывающей милиции. Въезды в цеха закрыли, движение по заводу строго ограничили. При неповиновении было разрешение вести огонь на поражение.
Наконец-то они достигли западных ворот. Подрезали подъезжающий КАМАЗ и проскочили прямо к КПП. Охранники вскинули автоматы и рванули к джипу. Иванов высунулся в окно, что-то крикнул своим ребятам и раскрыл удостоверение.
Охранник на мгновение замешкался, вытянулся в струну и затараторил что-то в рацию. Через секунду шлагбаум перед Прадо поднялся, выезду их машины больше никто не препятствовал.
–Спасибо, Александр Владимирович! И забудь о нашем разговоре. Не распознал я в тебе стоящего мужика. И вы, Маргарита Павловна, зла не держите, – он обернулся через сидение и снова отечески сжал ее ладонь. – Я надеюсь, вы ребята, между собой разобрались, в моем небольшом блефе? У меня к вам более претензий нет, у вас ко мне надеюсь тоже?
Петр Никодимович протянул руку Берестину. Тот пожал ее и утвердительно кивнул. Они выехали на площадь перед центральной проходной завода.
–И ребят, если что, я к вашим услугам! – Никодимыч вышел из машины, – Удачи! – Крикнул он и махнул рукой.
Над головой пролетела группа из нескольких вертолетов. Это прибывали МЧС. На площади был развернут целый лагерь скорые, пожарные, газовые службы, милиция. Пострадавших грузили в скорые и увозили. Некоторым оказывали помощь на месте.
Берестин направился к медикам, нужно было водителя сдать в надежные руки. Марго вышла из машины. Ее до сих пор колотило. Теперь уже не страшно и не так тяжело дышать, но они до сих пор в опасности. Да что там они, ближайший микрорайон, а возможно и весь город находились под угрозой. Она точно не знала, что именно произошло, какие вещества попали в атмосферу, насколько это опасно.
Через пару минут Берестин вновь бежал к машине.
–Рита, здесь дежурит мой давний приятель. Сейчас Олега заберут. Хочу, чтобы тебя тоже посмотрели врачи.
Опять он назвал ее Рита. Но Марго это не раздражало, а как будто даже наоборот. Домашнее имя, простое милое. Она устало улыбнулась.
Вдруг стало больше невозможно сдерживать эмоции, по щекам ее потекли слезы.
–Ну, ты что? – он отечески улыбнулся и сгреб ее в охапку – Все уже позади.
Маргарита уткнулась лицом ему в грудь и плакала. Берестин крепко сжимал ее в своих объятиях.
Люди прекрасны своей не идеальностью, своей искренностью. Тем не поддельным, что старательно скрывается за манерами и условностями. Шаблоны и клише, все те маски, окружающие нас повсеместно, так мешают разглядеть, что же человек представляет собой на самом деле. И можно полжизни идти рука об руку со спутником, пока судьба не подкинет испытание, маски спадут, и окажется, что люди совершенно чужды друг другу.
Им повезло, возможность снимать маски возникала в последнее время даже слишком часто.
Он видел Маргариту и в гневе, и в испуге, убедился в ее порядочности, в непростом темпераменте, и вот сейчас, она стоит и плачет навзрыд. Это никоим образом не отвращало его от нее, наоборот, переживая совместно такие острые эмоции, он все больше прикипал к Марго. Он сжимал ее сейчас в своих объятиях, не потому что должен, а потому что ему это было еще нужнее, чем ей. Чувствовать ее близость, ее дыхание. Произошедшая авария не оставила его равнодушным. Мужчинам, какими бы отважными они не стремились казаться, тоже свойственен страх. Он как никто другой сегодня понимал масштабы трагедии. Ему было страшно. Возможно страшнее, чем всем пассажирам Прадо вместе взятым. Но он взял на себя ответственность за их жизни и не мог допустить ошибку.
Берестин нежно гладил Маргариту по голове. Она потихоньку успокаивалась, всхлипывания доносились все реже.
–Спасибо, Александр Владимирович, – она посмотрела ему в глаза.
Размазанная тушь, красный нос и такой взгляд, настоящий, полный благоговейного восхищения. Между их губами оставалось всего пару сантиметров.
–Не стоит так официально, Маргарита, – он понимал, что не время и не место, но его губы неотвратимо тянулись к ней.
Он целовал ее. Губы были солеными от слез, но он боялся оторваться от них, чтобы этот бушующий внешний мир, вой сирен, бегущие люди не заглушили это теплое и приятно ощущение. Ощущение мира внутри.
Его мир сейчас был в ней.
Рита выдохнула и лучезарно улыбнулась. Она была счастлива.
Трое в медицинской форме подбежали к машине. Два мед брата стали вытаскивать водителя с заднего сидения. Мужчина в возрасте подошел к Берестину.
–Саша, дружище, вот так встреча! Да уж, не при таких обстоятельствах я хотел бы увидеть тебя. – Они пожали друг другу руки.
–Пойдемте! – скомандовал доктор.
Марго и А.В. проследовали в близлежащее здание столовой. Здесь медики на скоро развернули свой штаб. Кабинет заведующего на время отдали в распоряжение строгого доктора.
–Присаживайтесь! – врач указал на стулья подле шкафа, а сам сел за стол.
