Он принял единственное правильное решение – пусть все идет своим чередом, и стал усиленно работать, к тому же, приближалось соревнование, ему необходимо было тренироваться. Дорога до дома и обратно занимала теперь значительно больше времени, это только радовало, одинокие вечера не успевали тяготить его. Субботы он проводил с дочерью, а воскресенья на тренировочном треке. Строго говоря, он заезжал в свою квартиру каждый вечер, привозил продукты и все то, что обычно просила его Вика. Сейчас она, конечно, ничего не просила, но он и так знал, что им нужно. Маша, его дочь, иногда просила забрать ее из музыкальной школы, и он с радостью выполнял ее просьбы. Маше очень понравился папин красный автомобиль, она с удовольствием красовалась в нем перед подругами. Она гордилась своим отцом, в большей степени, оттого, что он был ей наставником и другом, и еще немного потому, что все ее подружки были влюблены в него, современного, модного, а теперь еще и на такой молодежной тачке.
Свою машину Александр оставил Вике. Она вышла на работу, проведя на больничном около недели, и ей необходима была машина. Они работали на одном заводе, но в разных подразделениях и не пересекались. Он не видел ее с того самого дня как она сказала «Уходи». Каждый вечер, принося домой продукты или, провожая дочь, он ждал, что она выйдет к нему, но Вика не выходила, значит, время для разговора еще не пришло.
Маргариту он не видел. В офис с бумагами она больше не ездила, присылала сметчиков из своего отдела и по утрам случайных встреч не получалось. Его это только радовало, сейчас он не готов был увидеть ее. Он скучал, несмотря на ее ужасный поступок. Нельзя иметь дело с человеком, способным на такую подлость, говорил он себе, но отчего-то ему очень не хватало Маргариты.
Он ждал Машу около поликлиники, ей нужна была какая-то справка, для какого-то кружка. Маша задерживалась, на телефон не отвечала, и Берестину пришлось зайти внутрь. В холле, возле регистратуры он стал изучать расписание, чтобы понять, где ему искать дочку. Боковым зрением он заметил девушку, на руках она несла ребенка, уже достаточно взрослого, одетого в зимнюю одежду и оттого еще более тяжелого. Несла его эта хрупкая девушка с большим трудом. Он повернулся к ней, это была Маргарита.
–Здравствуй, – растерянно сказал он.
–Здравствуйте, – ей было не до него, Марго была обеспокоена.
–Что случилось?
–Да вот температура высокая. Сделали укол, а там снотворное в составе.
Он видел, Рита очень переживает за ребенка, сейчас их межличностные отношения были для нее на втором плане. Ему стал жаль ее.
–Давай я помогу.
Он осторожно взял мальчика из ее рук. Ему было около 4 лет, достаточно взрослый и достаточно тяжелый. «На Маргариту не похож, наверное, в своего отца» – машинально отметил Берестин. Мальчуган действительно крепко спал.
Подбежала Маша.
–О пап, привет! – улыбнулась она, и уже обращаясь к Марго – Ну как, Даньке уже лучше?
–Да, Маша, спасибо!
–Вы знакомы? – удивился Берестин, обращаясь к обеим.
–О, нет, мы в очереди сидели вместе, и Машенька нас пропустила. Так и подружились, – улыбнулась Марго.
–Маша, это Маргарита Павловна, мы работаем вместе. Проводим их с Даней до машины?
–Ну конечно, па!
Они спустились с крыльца вчетвером, шли рядом, Александр бережно нес на руках Даньку, позади него Рита и Маша. Девчонки оживленно обсуждали что-то про замечательного доктора, который работает у них на участке. Обе были от него в восторге.
« Как легко они поладили. Буд-то подружки!» – мысль эта вызывала у Александра нежность к обеим. Он не ненавидел Маргариту больше, злился немного, но сейчас это не имело значения. Женщине с ребенком на руках нельзя было не помочь, как настоящий мужчина, он помог бы любой на ее месте. Вот только это странный трепет внутри волновал его.
Что может быть важнее для женщины, чем любовь мужчины? Только любовь этого мужчины к ее ребенку. У Маргариты сердце замирало, когда она видела как бережно, с какой заботой Александр укладывал Даньку на заднем сидении, стараясь устроить его удобнее, словно родной отец.
–Спасибо, Александр Владимирович! – ей трудно было говорить, подступали слезы.
–Выздоравливайте!
Они встретились глазами, и его грудь как будто сдавило большой тяжелой плитой, ни вдохнуть, ни выдохнуть.
–Пока, Машенька! – пересилив себя, улыбнулась Рита.
–До свидания, тетя Рита! – помахала Маша.
–До свидания, – машинально повторил за ней Берестин.
–До свидания! – ответила она.
Тренировка не заладилась с самого начала. Ну не хотела машина срываться в заносы, а мысли пилота, напротив, все время улетали куда-то.
–Ей, Алекс, похоже, ты совсем скис, дружище! – похлопал Майкл по плечу друга. – Не желаешь развеяться?
–Развеяться?
–Я знаю одно шикарное местечко! Для тебя сейчас, как раз то, что нужно!
