Сейчас в связи пандемией и падением мировой экономики масштабы вливаний просто астрономические. Для США это порядка 4–5 триллионов долларов за квартал в начале 2020 года и в дальнейшем с крейсерской скоростью в настоящее время порядка 1–2 триллиона долларов в год. Для ЕС примерно такой же масштаб. Безусловно, наличие количественного смягчения – это признак нездоровья экономики. Это фактически отключение естественного отбора в финансово-экономической сфере. Неэффективные компании могут оставаться на плаву неопределенно долго, используя кредиты практически по нулевой ставке для выкупа собственных акций, например. При этом не только растет курсовая стоимость акций, но и формально улучшаются финансовые параметры компании, поскольку растет (при прочих равных) выручка и доходы в расчете на одну акцию (количество акций в обороте ведь сокращается). Надувается гигантский пузырь на фондовом рынке. Участь всех пузырей обычно одна – они так или иначе лопаются, причем страдают от их лопания часто не те страны, которые пузыри надували. Но старушка история не может на данном этапе (как, впрочем, и всегда) сказать ключевую информацию – когда это произойдет. Задним числом она всё объяснит, научит, как надо было жить. Но только это всё будет уже после. На данном этапе мы можем констатировать, что некоторые страны в состоянии стимулировать экономику триллионами долларов.
6.6.5
А может ли Россия начать политику массированного количественного смягчения? Вот это мы сейчас и выясним. Представим себе, что Центральный банк начинает скупку государственного долга и наводняет финансовую систему дополнительными рублями или просто наводняет (без всяких выкрутасов) деньгами всё вокруг, это без разницы. Валютные трейдеры ведь не пальцем деланы, не вчера родились и знают жизнь. Для них очевидно, что курс рубля от этой операции обвалится. Значит, они начинают скупать доллары. Из-за обилия таких знающих жизнь операторов на валютной бирже, курс рубля обваливается практически мгновенно. Из-за зависимости России от импорта это приводит к всплеску инфляции. Чтобы бороться с инфляцией, Центральный банк поднимет учетную ставку, что затруднит получение кредитов предприятиями. Начнет раскручиваться маховик рецессии или даже кризиса. Получается вопиющая несправедливость – одни страны могут создать буквально из воздуха триллионы долларов, а другие этого совершенно не могут сделать даже с несколькими миллиардами, у них сразу обваливается национальная валюта. Именно так работает магическая сила основных мировых резервных валют. Вот когда при впрыскивании в экономику очередного триллиона, американцы массово побегут менять доллары на рубли, вот тогда действительно наступит долгожданный для многих конец доллару. Но, увы, ни днем раньше.
6.6.6
Чтобы очень не переживать по поводу несправедливостей нашего бренного мира, давайте сосчитаем, сколько реформ и девальваций претерпел российский рубль за XX век. Что-то около 6–8 раз. А во сколько раз он обесценился по отношению к доллару за тот же период? Примерно в 100 миллиардов – 1 триллион раз. Ну, и кто в мире захочет хранить резервы в рублях? Помните, как там у Есенина: «Приведите, приведите меня к нему, я хочу видеть этого человека», значит, поэт тоже интересовался поиском таких наивных инвесторов, но, видимо, не нашел; говорят, даже запил с расстройства… Сейчас даже смешно попробовать использовать бумажные деньги, например, Временного Правительства (керенки, помните?). А бумажный доллар не менялся ни разу лет за 160. Банкноты 1861 г. можно (теоретически) использовать в магазине и в настоящее время. Понятно, что их нумизматическая (точнее,
6.6.7
