веревки. Но, не найдя здесь ничего интересного, путники направились к центру
погреба, где находился мрачный каменный колодец, заросший мхом и плесенью и
являвшийся источником неприятного запаха. По мере приближения к нему всем
становилось жутковато, им казалось, что среди этого мрака и тишины, нарушаемой только монотонным капаньем воды, кто-то есть, и этот кто-то очень
внимательно наблюдает за ними, поджидая подходящий момент для нападения.
Они очень осторожно подошли и с трепетом заглянули внутрь. Оттуда донеслось
до них мертвенное ледяное дуновение, отчего даже мурашки пробежали по телу.
Но неожиданно среди этой мертвой тишины раздался слабый хруст, а через
секунду крик Катрин. От неожиданности остальные вздрогнули и отскочили от
колодца, ища глазами девочку и с опаской озираясь по сторонам. Катрин стояла
совсем рядом и, закрыв рот руками, испуганно смотрела на что-то с другой
стороны колодца, а ее потухший факел валялся рядом.
— Что случилось? Что там? — спросил Генри и поспешил к сестре.
Но она никак не отреагировала на его вопрос, тогда он сам подошел поближе и
ужаснулся. Он увидел скелет человека с потемневшими от времени костями, обтянутыми кое-где клочками материи и выражением ужаса и страданий на
полуистлевшем лице.
Генри обнял сестру и попытался успокоить, а Уинстон и Доминик прошли дальше
и обнаружили небольшую каменную лесенку, ведущую наверх, а сразу после нее
была красивая резная дверь с витражом, имеющая, однако, весьма дряхлый вид.
Они осторожно открыли ее и вошли. С другой стороны эта дверь была абсолютно
такая же, но выглядела новее и лучше, чему способствовала относительно
недавно наложенная краска. Эта дверь вела в кухню, которая также выглядела
новой. Но ее стиль и утварь были теми же, что и пятьсот лет назад. Правее, за
небольшим аркообразным проходом, располагалась столовая. В центре
находился большой дубовый стол и такие же стулья, украшенные резными
цветами. На столе стояло два серебряных, судя по виду, старинных канделябра, а
между ними была миска с чем-то небольшим и сморщенным, походившим на
яблоко. Стены же были украшены всяческими картинами, среди которых
преобладали портреты, и трофеями.
Но с правой стороны ребята заметили небольшую полоску дневного света и
поспешили туда. Он просачивался сквозь небольшую щель между
расположенными на стене досками. Путники тут же попытались отодрать их, и
кувалда Уинстона оказалась очень кстати. То, что они увидели, их удивило, обрадовало и в то же время повергло в ужас. Это было небольшое высокое и
узкое окно. Через грязное и обросшее паутиной стекло они попытались оглядеться
и тут поняли, что они находятся в замке, внутри того самого замка, который
внушает страх и ужас и который местные жители обходят стороной, запрещая
своим детям даже думать о нем.
Ребята лишь молча стояли и смотрели друг на друга, испытывая страх и
одновременно жгучий интерес перед его тайной.
— Нужно найти выход! — нарушил тишину Доминик..— Например, можно
попытаться выйти через главный. Я полагаю, что это не должно быть сложно.
Слева они обнаружили еще одну небольшую дверь и поспешили туда. Теперь они
оказались в каком-то очень большом и просторном помещении с красивыми
резными колоннами и двумя полукруглыми лестницами, ведущими наверх. По
левую и правую стороны от них было еще несколько дверей, походивших на ту, из
которой они только что вышли. А между ними виднелась еще одна, на этот раз
двойная, дубовая дверь с красивым, но непонятным резным рисунком. У каждого
в голове промелькнула мысль, что, наверняка, это и есть парадный вход, и все, прочитав ту же мысль в глазах другого, поспешили туда. Но, подойдя к ней
вплотную, они с опаской остановились, чувствуя, что что-то их останавливает, и
еще раз внимательно оглядели дверь, освещая всеми имеющимися у них
факелами.
— Смотрите! — сказала Катрин и указала на небольшую высеченную, по-
видимому, ножом надпись. Она почти уже стерлась и была еле заметна, да и
освещение у путников было не самым лучшим, так что все весьма удивились, что
Катрин сумела разглядеть это.
— Где? Я ничего не вижу, — щурясь, Уинстон силился что-либо увидеть, но у него
все никак не получалось. И в сердцах он очень жалел, что не носит с собой очки
на веревочке. — Так что, что там написано?
— Б…б…будь проклят… вхо...дящий сюда, — с трудом прочитала Катрин и
потерла уставшие от напряжения глаза. — Какой ужас!
— Так, давайте рассуждать логически, — начал Доминик. — Допустим, что это
главный вход. Тогда это надпись проклинает того, кто вошел в замок через эту
дверь. Хотя почему тогда эта надпись на этой, а не на той стороне... Странно.
— Может, она там тоже есть, мы же не знаем, — возразил Генри.
— Да, возможно. К тому же, мы уже в замке, а значит, если мы не войдем, а
выйдем из него, то ничего страшного случиться не должно.
— Ну а если эта надпись — как предупреждение на выходе: за то, что ты побывал
в этом замке, ты будешь проклят?
— Вполне возможно. Да и потом… Мало ли, что здесь написано. Если я напишу
подобное, это не значит, что так и будет.
— А с чего вы вообще решили, что это главная дверь? — вмешалась Катрин.
