— Надо же! — улыбалась тетя, — кажется, недавно она была хорошенькой маленькой девочкой, правда, Кайра? А теперь мы выдаём её замуж, да ещё за князя. Ну, у нас осталось самое приятное — поздравления, подарки. Посмотри, Кайра, как ей идёт платок, и эти зеленые камни…
Потом было долгое свадебное застолье. Поздравления, в том числе от самого императора. Подарок в ларце, врученный императницей: два поясных ножа с серебряными рукоятями в виде голов драконов, глаза которых горели ярко-синим сапфиром, два женских браслета, затейливых, ажурных, усыпанных такими же сапфирами.
Её муж, князь Средней Содды, поблагодарил со всем положенным по обычаю многословием, потом взглянул на своего мага, Джелвера, и тот ему еле заметно кивнул. Только тогда он сунул ножи за пояс, взял из ларца браслеты, повернулся к ней…
— Руки, княгиня! — шепнула какая-то придворная лира, потому что она сама стояла, как замороженная, и смотрела на князя.
Она протянула руки, он защелкнул на её запястьях сапфировые браслеты.
Сапфиры и изумруды не носят вместе! Рубины, гранаты, многое другое оттеняет и сапфиры, и изумруды, но вместе их надевать не следует.
Так говорила её бабушка из Каста, тетка мамы. А почему, интересно?..
Ей теперь придется носить.
Изумруды — её камни, их семейные украшения, те, которые получила в наследство мама, усыпаны изумрудами разных размеров и оттенков, иногда вперемешку с рубинами, гранатами и искристыми гранёными алмазами. Они очень подходят к их зеленоватым глазам. Но сапфиров там нет. А глаза её мужа сверкают синим не хуже самых лучших сапфиров. Потому, наверное, и сделали им такой свадебный подарок.
Сапфиры и изумруды не должны быть вместе. А им — придется.
Было ещё много-много других поздравлений и подарков, всяких, потом долгий пир, со здравицами и обычными свадебными пожеланиями — жить до ста лет, вырастить много детей, и да пусть им Провидение всегда благоволит…
Кантана сидела рядом с князем, смотрела перед собой и почти ничего не ела, лишь пила иногда холодную воду из кубка. Невольно заметила, что и муж её поступает так же.
Он её муж… так странно!
Чтобы взглянуть на него, ей следовало всего лишь повернуть голову, но шея её, казалось, застыла, словно деревянная, и голова не поворачивалась. Она видела иногда его руки над столом, но так и не решилась взглянуть ему в лицо ещё раз.
Наконец — Кактана упустила тот самый момент, — придворные лиры стали переглядываться, некоторые ушли из-за стола, и мама с тетей тоже…
Мама скоро вернулась, поцеловала её в лоб.
— Да хранит вас Провидение, — сказала она, обращаясь к князю.
Тот кивнул, накрыл своей широкой ладонью руку Кантаны.
— Нам, кажется, пора?
На них теперь нарочито не обращали внимания, как будто никого не касалось, что молодая пара уходит из-за свадебного стола.
На выходе из зала их окружили соддийцы, и сопровождали до выделенных новобрачным покоев. Князь открыл дверь, и они вошли. Вдвоем.
Это были роскошные покои. Просторная передняя комната с ковром вот весь пол, креслами и кушетками. Тихо и плотно закрылась дверь. Там осталась охрана. Здесь — никого. Кантана поежилась — показалось, что в комнате так холодно…
Князь был большой, сильный, ловкий… какой-то звериной силой и уверенностью от него так и тянуло. И теплом, реальным, явно ощущаемым. И синие глаза смотрят так… внимательно, и ещё — разочарованно? Или немного смущенно?
Он погладил её по щеке тыльной стороной ладони.
— Ничего, девочка. Всё будет хорошо.
А рука у него действительно была горячей. Он был такой горячий — а она мерзла…
— Мантина! — крикнул князь, и из внутренних комнат вышла женщина, внешне немного старше Кантаны.
— Это Мантина, — сказал князь, — она соддийка, будет пока старшей среди твоих служанок, будет помогать тебе и подсказывать. Не суди её строго, она никогда ещё не была служанкой, но, когда я попросил, согласилась помочь. И она же будет охранять тебя, в том числе и от того, что случилось вчера.
— Благодарю, мой князь.
Кантане очень хотелось, чтобы он ушёл ненадолго, дал ей возможность вымыться и переодеться в рубашку, и чтобы эта Мантина помогла ей причесаться на ночь…
— Как следует выспись сегодня, — сказал князь, улыбнувшись.
Она не поняла сначала. Смотрела и думала — о чем это он? Ей советуют как следует выспаться в свадебную ночь?
А князь кивнул Мантине, ещё раз скользнул по Кантане взглядом… и ушел. За ним неслышно закрылась дверь. Но ведь ему теперь не положено уходить, или она чего-то совсем не понимает? Он мог бы уйти в одну из внутренних комнат!
— Давай я помогу тебе раздеться, княгиня, — сказала Мантина, — а постель уже готова. Ты, наверное, очень устала за последние дни, но теперь всё закончилось, можно отдохнуть.
— А куда ушел князь? — вырвалось у Кантаны.
— Э… не знаю, княгиня. Должно быть, у него неотложные дела.
— Но он вернется?..
— Сегодня? Не думаю, княгиня. Но он хотел бы, чтобы ты хорошо спала.
Кантана больше не задавала вопросов, она покорно позволила Мантине делать все, что угодно — расстегивать, развязывать, расчесывать, надела рубашку, очень красивую, всю в дорогих кружевах, и легла в постель.
