Дайтон слабо улыбнулся. Он оправдал себя в глазах герцога Глостера, своего господина. То, чего он не сделал восемь лет назад, исполнилось этой ночью. Филипа Майсгрейва больше нет. Дайтон медленно осенил себя крестным знамением. Нейуорт не сдался, и англичане смогут отвоевать его, а дочь Уорвика все еще с ранеными в донжоне.
Он опустил голову на руки и стал слушать, как внизу трется о камень стены кривая сосна. Какую награду он может попросить у Ричарда за верную службу? Молодой герцог всегда бывал щедр с теми, кто угодил ему. Но теперь он впервые подумал, что после всего того ужаса, который довелось пережить этой ночью, ему покажется мелочью все, что бы ни предложил герцог. Дайтон хмыкнул. Словно шлюха, которая не может определить себе цену.
Внизу, в долине, словно водоворот, кипела битва, но Дайтон слишком устал от стали и крови. Зелень хвои и бронза ствола сосны, в которую он втупилвзгляд, были куда приятнее. Из-за седловины пробился первый луч солнца, и Дайтон вдруг резко выпрямился, словно оттолкнув от себя камень, и сбежал по лестнице в сад. Под кустом шиповника хранилась еще одна веревочная лестница с крючьями. О ней он никому не сказал, приберегая ее для себя. Сейчас в замке начнется сущая бойня, а он уже и без того изрядно потрудился.
Он вернулся на стену. Постоял, глядя вниз и потирая скулу. Потом решительно вбил крючья в расщелину кладки и начал спускаться.
Трапеза в Нидри-Тауэрс проходила в тягостном молчании. От сырых дров в камине было больше дыма, чем тепла. Слабые отсветы огня едва освещали тесноватый зал, романские арки и кряжистые колонны которого своей солидной простотой свидетельствовали, что его ваятель принадлежал к саксонской школе. Узкие щели, служившие окнами, скорее играли роль бойниц, чем предназначались для того, чтобы пропускать свет. Однако и через них долетала разноголосица войска – брань, лязг стали, ржание лошадей. Пожалуй, еще никогда среди земляных валов, частоколов и башен этой громоздкой крепости не собиралось такое множество вооруженных людей.
Ричард Глостер отодвинул от себя тарелку и отхлебнул пива из оловянной кружки. Из всех присутствующих ели только он и Роберт Рэтклиф, остальные же лишь едва притрагивались к пище. И лица их были унылы, словно на поминках. Ричард оглядел собравшихся за столом. Крепкий, похожий на старый дуб, Эмброз Флетчер тотчас повернулся к герцогу, едва почувствовав его взгляд. Напротив сидели некрасивая, болезненная жена Флетчера и их светловолосый сын, а рядом с ним юная шотландка.
Ричард находил, что молодой Флетчер удивительно своевременно учинил волнения на границе. Едва был подписан мирный договор между Англией и Шотландией, как немедленно последовало это похищение, а следом за ним – резня. Ричарду оставалось лишь обсудить подробности с Олбэни и направить жаждавших крови шотландцев в нужную сторону. Кланы зажгли огненный крест, им не терпелось отомстить, а убедить этих голодранцев, что добыча в богатом Нейуорте будет куда большей, чем в нищем Нид-ри-Тауэрс, не составило никакого труда.
Даже старый Хьюм, который первым призвал к мести, решительно повернул коня в сторону Нейуорта, едва герцог Олбэни напомнил ему, что Майсгрейв союзник Флетчеров. Он еще успеет взять свое за бесчестье дочери и гибель сыновей, но сейчас гораздо важнее разрушить Нейуорт – этот оплот грабителей и разбойников. А там, глядишь, дело дойдет и до Флетчеров.
Нидри-Тауэрс Ричард Глостер выбрал для сбора своих сил. Отсюда же он намеревался наблюдать за действиями шотландцев. Спрятанный в узком ущелье, старый замок Флетчеров мог служить прекрасным укрытием, а главное, он \ежал на пути в долину Нейуорта, и Ричард мог перехватить здесь людей Перси в случае, если упрямый граф решит пойти наперекор воле правителя Севера и попытаться помочь своему стороннику.
Ричард снова пригубил пива. На выжидательно смотревших на него людей он старался не обращать внимания. Он знал, что все они пребывают в недоумении: отчего вот уже седьмой день кряду он сдерживает вооруженные отряды, не позволяя никому оказать помощь барону Майсгрейву. Более того, он оставил в замке Нидри и людей самого Бурого Орла, которые едва ли не рвали на себе волосы, когда ветер доносил глухой гул орудий из родной долины, где шло настоящее сражение и враги осаждали замок на скале. Ричард скоро понял, что люди Майсгрейва – не обычные наемники. У одних там остались семьи, у других – друзья, третьи верны барону потому, что им по душе служба у него и они не хотят менять хозяина. Герцог приказал своим, офицерам разоружить всю эту банду из Гнезда Орла, отнять у них лошадей, а за ними самими следить в оба.
Но тогда ему стал досаждать старый Флетчер:
