– Да, но сводятся они к омерзительному девизу – «подтолкни падающего».
– Идиот, раскачивающий лодку, должен упасть! – взволнованно повысил голос Бронников. – Иначе лодка перевернется, и утонут все!
Немного помолчав, молодой человек продолжил, но речь его вдруг потеряла всякую торжественность и эмоциональную окраску. Теперь он говорил голосом опытного, умудренного жизнью и уставшего человека.
– Неважно, какой ты – черный или белый. В каждом европейце намешано столько разных кровей, что не имеет никакого смысла ковыряться в этом бульоне. На свете существуют только две расы, и от того, какая из них одержит верх, зависит будущее всего человечества. По ту сторону баррикад находятся ущербные, которые не хотят погибать и изо всех сил цепляются за жизнь. Мутанты, отбросы эволюции, чудовища из преисподней… Сами по себе они слабы и нежизнеспособны. Но их жалобы находят отклик в сердцах сильных людей, избравших для себя путь милосердия. Путь, ведущий к гибели. Спасая калек и уродов, сильные и здоровые, сами того не понимая, скармливают им своих собственных детей и внуков.
Виктор говорил очень убежденно. Было видно, что все его слова – итог долгих и мучительных размышлений.
– Поймите, хирург не может позволить себе жалость, – продолжил он вновь звеневшим от волнения голосом. – Он должен взять в руки скальпель и сделать надрез. Это больно, даже, может быть, бесчеловечно. Но единственный шанс спасти больного – вырезать опухоль!
– С одной точки зрения твои доводы кажутся убедительными. Но если придерживаться логики до конца, то и их можно оспорить. А кроме того, душа моя протестует против них, – возразила Мария.
– Ваша душа требует жалости и милости к падшим?
– Да.
Он усмехнулся.
– А маньяка, убивающего из удовольствия, пожалеете?
– Нет.
– Нет? Но почему? Он ведь тоже ни в чем не виноват, поскольку является жертвой генетического сбоя. Он таким родился, и вы должны его пожалеть.
Мария облизнула губы и тихо пробормотала:
– Ты говоришь ужасные и жестокие вещи.
– Правда всегда жестока, – сказал Виктор. – Люди созданы по образу и подобию Божьему. От нас требуется только стереть с лица человечества безобразные наросты.
– Ты называешь наростами живых людей.
– Либо мы их, либо они нас.
Мария помолчала. Потом отрицательно качнула головой:
– Ты не убедил меня.
– Но все же вселил в ваше сердце сомнение. Это первый шаг к исцелению.
Теперь помолчал молодой человек, о чем-то размышляя. Затем он продолжил свою мрачную проповедь:
– Я уже говорил вам о маньяке. Очень показательный пример, хотя и слишком грубый. Но есть и другие. Носитель страшного вируса, заражающий людей, – тоже всего лишь несчастный человек, у которого нет сильной иммунной системы, и больной калека, обиженный на судьбу, мстящий за свои беды здоровым людям, – просто невезучий несчастный человек, родившийся со сбоем в генетической программе. Но представьте, сколько зла они способны принести в мир, пусть даже не отдавая себе в том отчета! Вот вспомните только! Гитлер – некрофил с трясущимися руками… Сталин – сухорукий параноик с комплексом неполноценности и звериной злобой в душе… Если бы кто-то остановил их еще до того, как они обрели власть над людьми…
Виктор осекся, перевел дух и продолжил уверенно:
– Ваша жалость порождает зло. Калеки, маньяки, уроды, психопаты всех мастей – они же незримая, но действенная армия Зла, которая идет в наступление. Политкорректность, боязнь называть вещи своими именами, лицемерие – все это порождено нашим страхом перед чудовищами и ведет нас к гибели. Поймите, Мария Степановна, идет страшная война. И поле битвы – весь мир.
– И тем не менее подталкивать падающего – подлость, – не сдавалась Варламова.
Бронников усмехнулся.
– Нынче за каждым таким «падающим» тянется крепкий страховочный трос. А мы – я и мои товарищи – действуем на свой страх и риск.
Мария не знала, какими словами возразить, чтобы доказать ущербность его жутковатых рассуждений. И тогда она, сменив тему, спросила:
– Кто убил Колю Сабурова?
– Сабуров… – с досадой выдохнул Виктор. – Опять Сабуров! Ваш Сабуров был ничтожеством. Даже его внешний вид был оскорблением для человечества.
– А Настя Горбунова? Ее вы убили из-за артрита?
– Бросьте. Вы не повесите на меня эти убийства. Я не сжигал Сабурова.
– Но ты находился рядом, когда он погиб.
– Да, я там был. Не знаю, откуда вам все известно. Отнесем необыкновенную проницательность на счет других ваших странных способностей. Что касается Сабурова, то он захотел стать одним из нас.
– Ложь! – воскликнула Мария.
– Это правда. Сабуров предъявил нам ультиматум: либо мы принимаем его в организацию, либо он сдает нас властям. Эгоистичность мерзавца стоит нашей жестокости, не правда ли?
– Он не понимал, о чем просит, – пробормотала Мария. – Если бы он знал о ваших жертвоприношениях…
– Да бросьте вы, – раздраженно перебил ее Виктор. – Он все знал и все понимал. Он и его сумасшедшая подружка с глиняными суставами.
– Настя Горбунова тоже была в курсе?
