– Разоблачить его! – Брат Роберт хлопнул по кафедре свернутой газетой. – Пусть мир узнает, кто он! Предупредить – значит заранее вооружить! Истина и мощь Сына Божьего, истинного Христа, явятся нашим оружием против него!
– Как мы все это осуществим? – раздался еще один голос.
– Мы отправимся туда, где он живет! Мы проведем демонстрацию. Негры в нашей стране устраивают демонстрации за гражданские права. Те, кого называют «хиппи», устраивают демонстрации за мир. Избранные проведут демонстрацию за Христа. Статья в «Лайт» оповестит об Антихристе многих. Быть может, он к этому стремится. Однако мы обеспечим ему такую известность, какой он совсем не хочет. Куда бы он ни направился, кто–нибудь из нас будет рядом с плакатом, разоблачающим его как богохульное отродье, как орудие Сатаны. На телеэкране, на фотографиях, в газетах наш призыв, призыв Господа нашего будет виден на втором плане.
– Аминь! – вскричал Мартин.
– Аминь! – подхватывали один за другим Избранные, вскакивая со своих мест.
Даже Грейс поддалась всеобщему энтузиазму. Страстная убежденность брата Роберта, который, размахивая свернутой газетой как мечом, расхаживал по залу, уняла ее внутреннюю дрожь.
– Кое–кто будет смеяться над нами, но большинство поймет нас. А когда Антихрист попытается навязать миру свою волю, люди вспомнят наш призыв, и сомнения поселятся даже в сердцах неверующих. Мы можем сорвать его планы, друзья! С помощью Святого Духа мы можем нанести ему поражение. Мы можем! И мы начнем сейчас же! Сегодня!
Все присутствующие были на ногах. Все, кроме мистера Вейера. Они восхваляли и воспевали Господа, многие на непонятных языках.
– А где мы найдем его? – спросил Мартин, когда шум голосов стал стихать.
– Недалеко отсюда, – ответил брат Роберт, – потому–то мы, как я полагаю, и избраны Святым Духом. Он живет недалеко, на Лонг–Айленде, около Глен–Коув. В городке под названием Монро.
Внезапно все прежние мучившие Грейс тревоги обрушились на нее с новой силой.
Монро! Нет, это не может быть Монро!
– Как его зовут? – громко спросил Мартин.
Грейс захотелось заткнуть уши и не слышать ответа, не слышать имени, которое она уже угадала.
– Джеймс Стивенс, – ответил брат Роберт. – Существо, которое называет себя Джеймсом Стивенсом, и есть Антихрист.
Нет! Не может быть. Ведь это муж Кэрол!
Зал поплыл перед глазами Грейс, и она погрузилась в небытие.
5
Кэрол поговорила по телефону с парой репортеров, в первую очередь из «Таймс» и «Пост». Затем отключила аппарат. Теперь она могла довольно точно представить себе, каким образом проклятая статья появилась в «Лайт». Оба репортера рассказали ей, что Джерри Беккер обращался в их газеты, а также в «Ньюс», но те не проявили никакого интереса. Они решили, что он псих и что дневниковые записи, по его словам принадлежавшие Хэнли, поддельные.
Этот хорек Беккер украл записи из водопроводного люка! Это единственное объяснение. Но как он умудрился найти их там? – недоумевала Кэрол. Впрочем, теперь это уже не играло роли. В конце концов, надеялась она, Джим обвинит Беккера в краже со взломом, но сейчас ее интересовало только душевное состояние Джима. Сегодня утром он был на грани срыва, а худшее еще ждало его впереди.
Кэрол бродила по дому, проклиная себя. Она совершила несколько страшных ошибок. По существу, в этом ужасном происшествии прежде всего виновата она. Если бы она не была такой чертовски нерешительной, все обошлось бы. Она должна была просто выбросить записи, как она первоначально намеревалась. Или, что еще лучше, вынести их на задний двор, облить бензином и поджечь. Тогда они не попали бы в руки ни Джима, ни Джерри Беккера.
Если бы…
Она услышала громкий стук в дверь и поспешила к ней, моля Бога, чтобы это был Джим, хотя знала, что это не он.
В дверях стояла мать Джима, осунувшаяся и бледная. В руке она держала сложенную газету.
– Где Джимми? – спросила Эмма Стивенс.
– Его здесь нет. Он…
– Ты видела это? – спросила она хриплым голосом. Губы ее дрожали, когда она показала на газету. – Энн Гутри дала ее мне. Как смеют они говорить такие вещи? Как смеют безнаказанно печатать такую ложь? Это бессовестно! Где он?
– Там, в особняке.
– О! Этот проклятый особняк! Хоть бы он не получал от того человека никакого наследства – ни особняка, ни всего остального. Я знала, что ничего хорошего из этого не будет! Вся эта история вызывает у меня тошноту прямо в желудке!
Кэрол подумала: а где еще может возникать тошнота? И в этот момент снова раздался стук в дверь. Она поразилась, увидев через стекло двери Билла Райана.
– Кэрол! – воскликнул он, когда она его впустила. – Я прочитал эту статью о Джиме. Я пытался дозвониться, но не мог. Поэтому пришел сам. Чем я могу помочь?
В безотчетном порыве Кэрол обняла его.
– Боже, как я рада тебя видеть!
Почувствовав, как Билл весь напрягся, она отпрянула от него. Лицо его залила алая краска смущения. Она, по–видимому, привела его в замешательство.
– Кто этот священник? – услышала она, как за ее спиной спросила Эмма.
