Находка потрясла ее. Она знала, что в них описывались странные ритуалы и контакты с силами, находящимися за пределами разума и здравого смысла. И то, что они действительно существуют, что они сами и их авторы — не просто мрачный вымысел, не могло не тревожить. Это подрывало все устои.
— Пожалуй, пожалуй, — кивнул отец, даже не глянув на нее. Он стянул зубами кожаные перчатки, надел на указательный палец правой руки поверх матерчатых перчаток резиновый колпачок и, поправив очки, начал перелистывать страницы. — Но тогда были другие времена. А сейчас на дворе двадцатый век, и я не думаю, что в этих книгах есть что–то такое, с чем невозможно справиться.
— А что в них такого ужасного? — поинтересовался Ворманн, придвигая к себе толстый кожаный том с металлическими застежками. Это был «Культ немых». — Посмотрите–ка, здесь на немецком.
Он раскрыл том и, пролистав примерно до середины, начал читать.
Магда хотела было остановить его, но передумала. В конце концов, она этим немцам ничем не обязана. Она видела, как капитан вдруг побледнел, изменился в лице и резко захлопнул книгу.
— Какой же больной, извращенный ум мог сочинить такое?! Это же… Это… — Он не находил слов, чтобы выразить свои эмоции.
— А что вы взяли? — спросил профессор, отрываясь от книги, названия которой еще не произнес вслух. — О, книга фон Юнца… Она была впервые издана частным образом в тысяча восемьсот тридцать девятом году в Дюссельдорфе. Причем очень маленьким тиражом, где–то порядка дюжины экземпляров…
Тут он запнулся.
— Что–нибудь не так? — полюбопытствовал Кэмпффер. Все это время он стоял в стороне, мало интересуясь происходящим.
— Да… Видите ли, замок построен в пятнадцатом веке… Это я знаю совершенно точно. А все эти книги написаны намного раньше, все, кроме книги фон Юнца. Это означает, что где–то в середине прошлого века, может, чуть позже, кто–то привез ее сюда и положил вместе с остальными.
— Не вижу, какой нам прок от этого открытия, — хмыкнул Кэмпффер. — Это не сможет уберечь от смерти ни одного из наших солдат, — тут он ухмыльнулся пришедшей в голову идее, — так же как тебя самого или твою дочку нынче ночью.
— Но это проливает новый свет на всю нашу проблему! Книги, лежащие перед вами, на протяжении веков были прокляты как несущие зло. Я с этим не согласен. Эти книги не несут зло, а только описывают его. Вот эту, которая у меня в руках, боялись особенно сильно. Это «Аль Азиф» в оригинале — на арабском.
— О нет! — ахнула Магда. — Эта книга действительно самая ужасная.
— Да! Я, правда, не очень хорошо разбираюсь в арабском, но вполне в состоянии перевести название и имя поэта, сочинившего ее. — Он перевел взгляд с Магды на Кэмпффера. — И ответ на ваш вопрос вы вполне можете найти на страницах этих книг. Я займусь ими сегодня же. Но сначала я хотел бы взглянуть на трупы.
— Зачем? — На этот раз заговорил капитан Ворманн. Он наконец пришел в себя после знакомства с книгой фон Юнца.
— Я хотел бы посмотреть на раны. Может быть, их смерть имеет отношение к каким–либо древним ритуалам.
— Мы тебя немедленно туда доставим, — согласился майор и вызвал двоих эсэсовцев.
Магде не хотелось идти, ее совершенно не прельщала перспектива смотреть на мертвецов, но она боялась оставаться одна в этой комнате. Поэтому она взялась за ручки коляски и покатила ее к лестнице, ведущей в подвал. Возле самой лестницы эсэсовцы отстранили ее и, следуя приказанию майора, перенесли профессора вместе с креслом вниз по ступенькам. Там было страшно холодно. Магда пожалела, что пошла.
— Что вы можете сказать об этих крестах, профессор? — спросил капитан Ворманн, пока они шли по коридору. Коляску снова катила Магда. — Что они могут означать?
— Не знаю. С ними даже не связана ни одна местная легенда, кроме той, которая гласит, что замок построил один из пап. Но пятнадцатый век был кризисным для Священной Римской империи, а замок расположен в области, которая находилась под постоянной угрозой нападения со стороны оттоманских турок. Поэтому такая теория просто нелепа.
— А турки не могли его построить?
— Невозможно, — покачал головой профессор. — Это совсем не их архитектурный стиль, а кресты вообще далеки от турецкой символики.
— А что это за форма крестов?
Похоже, капитан серьезно интересовался замком, поэтому Магда ответила за отца. Проблемой крестов, весьма интересовавших ее самое, она занималась в течение нескольких лет.
— Этого никто не знает, — сказала девушка. — Мы с отцом перевернули груды литературы по истории христианства, римской истории, славянской истории, но нигде не обнаружили ничего подобного. Если бы мы нашли исторический прецедент, связанный с такой формой креста, это дало бы возможность выдвинуть гипотезу о создателях замка. Но мы не нашли ничего. Кресты уникальны, как и сам замок.
