Я стараюсь не дрожать, не сгибаться напополам, не падать на колени от этой боли. Я ведь не должна портить праздник всем этим людям, которые пришли сюда ради меня. Мой взгляд мечется от толстого самодовольного лица чиновника в эллеритовом медальоне – к синим цветам арки, роняющим лепестки мне под ноги, к искрам на подоле моего волшебного платья, которое так тяжело, что кажется, скоро рухну под его весом.
Зачем это всё? Я правда не понимаю.
Нет никакого смысла возвращать обратно песок, что вытек из разбитых песочных часов.
Я так устала…
Больше не могу.
Чиновник задает какой-то вопрос. Не слышу – так звенит в ушах.
Ричард отвечает не раздумывая, веско и уверенно.
Читаю по губам. «Да».
Тот же вопрос чиновник задаёт теперь, глядя на меня. Я не понимаю, что он говорит. Я не понимаю, что ему нужно. Всем им нужно от меня. Мне хочется лишь одного, вернуться обратно – лечь, раскинув руки, на чёрную скалу, где на много миль ни единой живой души, и смотреть в пустое ночной небо. И тогда, может быть, мне больше не будет так больно.
Чиновник повторяет нетерпеливо.
Я растерянно опускаю взгляд на платье.
- Мне… это не нужно. Это же не моё.
Делаю шаг назад.
Оно пропадает. На мне остаётся лишь грязно-розовое, с погрустневшим кружевом и порванным подолом. Больше ничего не давит на плечи. Становится чуть легче дышать. И даже звон в ушах почти проходит.
– Так вы согласны или нет, барышня? – раздражённо повторяет королевский чиновник, видимо уже в который раз.
Ричард медленно оборачивается ко мне, и в его чёрных глазах, в остром как лезвия ножей взгляде – понимание. Он уже знает, что я скажу в следующую секунду.
- Нет.
Плотно сомкнутая линия губ.
Ничего не говорит.
Почему я так жду, что он скажет? Почему это мне вдруг так важно? Ведь я уже решила только что – бежать, бежать как можно дальше, бежать на край света! А теперь понимаю, что прежде, чем уйти навсегда, я непременно должна услышать.
- Орвик!! Орвик, стой! – шипение моей сестры раздаётся в гнетущей, ошарашенной тишине. - Тебя там только не хватало! Даже не д-думай!..
Бросаю растерянный взгляд назад, на первую линию кресел, и вижу, как мой названный брат вырывает локоть из рук жены.
Как направляется в нашу сторону с видом быка, у которого перед носом слишком долго размахивали красной тряпкой.
Подходит в три широких шага… из-под его ног взметаются лепестки синих роз, которые осенним листопадом падают на пол с арки…
И коротко размахнувшись, бьёт Ричарда кулаком в лицо. В правую скулу.
«Врезать по роже» - почему-то в памяти возникает именно такое, просторечное и глупое выражение. Совершенно не подходящее этим двум холёным аристократам из знатнейших семей Королевства. Но сейчас между ними вовсе не аристократическая размолвка.
Кто-то ахнул, кто-то вскочил с места, тявкнула придушенная собачонка.
- Ты всё-так сломал её! – прорычал Орвик. - Я же предупреждал, я же просил тебя, как человека!..
Все замерли, ожидая, что будет дальше.
Воздух сгустился, как перед грозой.
Я отрешённо подумала о том, что, наверное, сейчас эти два здоровенных лба примутся вытряхивать друг из друга всю дурь. Но вопреки ожиданиям, Орвик остановился, тяжело дыша.
А Ричард… он медленно поднял голову, которая откинулась влево после удара, которого он не ожидал. Мрачно, давяще посмотрел на Орвика, который яростно буравил его исподлобья.
И тоже – не ударил в ответ.
- Выпустил пар? Полегчало?
- Нет!! – рявкнул Орвик так, что кажется, облетели и оставшиеся розы. Но отчего-то тоже не сделал попытки ударить ещё раз. Только тяжело дышал и пытался испепелить Ричарда взглядом. Зная боевые навыки огненного мага, странно, что только взглядом.
А Ричард сдержанно отёр тыльной ладонью скулу, посмотрел на руку, вытер кровь о белую рубашку.
- Я не буду ставить тебя на место и отвечать. Только потому, что, пожалуй, и правда заслужил. – Он выпрямился и посмотрел на Орвика свысока тем властным взглядом, которым старшие братья осаживают малышей. – Но теперь – хватит! Не лезь в это. Ты понятия не имеешь,
Молчание.
Я чувствовала себя… странно. Как будто меня здесь не было. Как будто говорили сейчас не обо мне, а о совершенно постороннем человеке. Никак не получалось совместить вот эти все слова с тем, что происходит. Каждый раз, как я пыталась понять, особенно последние – боль накатывала сильнее и отвлекала. Сосредоточиться не получалось.
- Значит, говоришь, любишь её… А ты ей-то сказал, дубина? А то у счастливой невесты больно вид ошарашенный, - съязвил Орвик.
Ричард запнулся с ответом и, наконец, выдал раздражённую тираду:
- А как еще можно было истолковать мои действия?! В конце концов, я же ее под венец повёл! Что ещё нужно, чтоб убедиться в серьезности намерений? Очевидно же, что люблю!
Снова повисло молчание в торжественном зале. Даже Орвик не нашёлся, что сказать.
