Простая часть закончилась. Теперь мне предстоит отослать часть девушек. А все они чертовски хороши. И с ними у меня ещё ничего не было.
«Может стоило попрощаться с Татьяной? Её я уже опробовал. Но нет, я не такой».
В два ночи мы, наконец, всё отсняли. Еле живые расползаемся по комнатам. А утром опять ранний подъём. Куда-то полетим. Орги держат интригу. Можно было бы расспросить Анфису, но не хочу давать ей ложных надежд.
Уже не удивляюсь, слыша стук в дверь. Лицо мне знакомо, но я не помню ни имени, ни её истории. Вроде, я выгонял её сегодня? Прислушиваюсь к её словам.
– Я не могу уйти, не сказав тебе, как сильно ты мне нравишься.
«К чему эти фразы, детка? Я и так прекрасно знаю, зачем ты здесь».
Затаскиваю её внутрь и набрасываюсь. Она отдаётся мне с какой-то остервенелой страстью. Все происходит быстро. Её большая грудь оказывается натуральной. Не ожидал. И это единственное, что я запоминаю о ней. Быстро нашёптываю ей несколько комплиментов о натуральной красоте и природной смелости и выпроваживаю. Не хотелось бы повторения вчерашней полубессонной ночи. К тому же эта девочка нравится мне гораздо меньше Татьяны.
Меня будит очередной стук. Кажется, я только успел сомкнуть глаза, но часы показывают уже четыре утра. В коридоре мнётся ещё одна выгнанная мной сегодня. Не могу же я обидеть девочку во второй раз. Сценарий повторяется, после чего я засыпаю так крепко, что даже если кто-то ещё и ломился в мои двери, я этого уже не слышал.
Утром нас отвозят в аэропорт. Анфиса раздаёт билеты.
– Наш рейс в Дубай, – сообщает она.
– Эконом класс? Серьёзно? – заглядываю я в свой билет.
– У нас ограниченное финансирование, – пожимает плечами она.
– Я сам оплачу свой бизнес-класс и кого-нибудь из девчонок прихвачу, чтобы было веселее.
– Свой билет можешь менять, если хочешь, но с девушками ты не имеешь права общаться вне камер, – тут же предупреждает она.
– Да и ладно. Хоть высплюсь тогда наконец.
– А что мешало тебе спать до этого? – тут же начинает что-то подозревать она.
– Были дела по работе, – выкручиваюсь я.
«Чёрт, надо быть с ней поосторожнее».
В бизнес-классе пусто. Лишь пожилой араб в другом конце салона. Никаких тебе орущих детей или привлекательных девушек. Похоже, ничто не помешает мне выспаться. Но тут с обворожительной улыбкой подходит стюардесса. Выглядит, как Мисс Мира. Уже не так уверен, что высплюсь. На ней эта их смешная красная шапочка. Спрашиваю, знает ли она такую сказку. Она отрицательно качает головой. Рассказываю. Наблюдаю, как забавно она прикрывает свои губки, накрашенные в тон шапочки, когда волк сжирает бабушку. Сказка ей не нравится. Слишком жестокая.
Она сервирует для меня ланч, продолжая поддерживать светскую беседу. Мой английский позволяет общаться с ней почти свободно, но у меня не так много было иностранок. Не могу понять, флиртует она со мной или просто хорошо выполняет свои обязанности?
Стюардесса уходит, пожелав мне приятного аппетита. Начинаю есть, и быстро понимаю, что спать мне хочется больше. Прикрываю глаза, но внезапно кто-то приземляется на соседнее сиденье. Малышка из шоу. Как она умудрилась сюда проникнуть?
– Еле дождалась, когда эта стерва-стюардесса уйдёт, – сообщает девчонка, отбрасывая с лица отливающие рыжинкой пряди.
Я молча рассматриваю её. Совсем молоденькая. Помню, что учится на актёрском, подрабатывает детским аниматором. Взгляд бесёнка из-под рваной чёлки. Как же её зовут? Вспомнил – Элис! Как в той старой песенке.
Элис, тем временем, стащив клубничку с моей тарелки, ест её нарочито сексуально.
– Любишь клубничку? – спрашивает она у меня, с явным подтекстом.
– Только очень сладкую, – отзываюсь я в том же тоне и поймав её за подбородок, пробую клубничные губы на вкус.
Чувствую нарастающее желание, но мне бы стоило остановить этот процесс. Мы всё же не в первом классе, где можно закрыть кабинку. Здесь, если стюардесса пойдёт по проходу, мы будем на самом виду. А мне почему-то не хочется, чтобы она нас засекла. Можно, конечно, пойти в туалет, но это, как-то, пошло.
Эти раздумья не мешают мне в это же время исследовать её небольшую грудь, не стеснённую тисками лифчика. Моя рука помимо воли движется вниз и уже заползает под ремень джинсов. Но Элис вдруг вскакивает и убегает. Я злюсь, хотя вроде бы и сам хотел остановиться.
Вскоре рядом возникает арабская фотомодель, которая случайно оказалась стюардессой на этом рейсе.
– Вам не понравилась еда? – обеспокоенно интересуется она, заметив, что я почти не притронулся к закускам.
– Просто устал, может позже поем.
Она кивает и уносит поднос. Но тут же возвращается.
– Давайте я помогу Вам устроиться поудобнее.
Она наклоняется и ловко выдвигает моё кресло, поправляет подушку.
– Могу я помочь Вам раздеться?
Тут уже и до меня доходит, что вряд ли подобные услуги входят в стандартный перечень. Любуюсь её идеальной кожей, пока она быстро и аккуратно расстёгивает пуговицы на моей рубашке, стягивает брюки и замирает, положив пальчики на резинку моих боксеров.
– Я предпочитаю спать голый, – подбадриваю я её.
