Мне так хотелось сделать для Аниты необычное свидание, что я отправился договариваться с устроителями шоу. Предложил им оплатить все расходы и взять на себя организацию. Они, подумав, согласились. И вот мы уже едем на индивидуальное свидание с девушкой, которая мне по-настоящему понравилась. На её груди болтается кулон, и только мы с ней знаем, что он обозначает.
Я был уверен, что любительница острых ощущений оценит мой жест. Но стоило нам подъехать к самому высокому зданию в мире – Бурдж Халифа, как настроение Аниты резко изменилось. Сначала я подумал, что, возможно, мне просто показалось. Она вошла со мной в лифт, но, когда спустя чуть больше минуты двери отворились, просто замерла там. Я взял её за руку и буквально выволок оттуда. А она вдруг прижалась ко мне, уткнулась в грудь. Я было обрадовался её внезапному приступу нежности, но тут почувствовал, как она дрожит.
– Эй! Ты чего? – я с удивлением вглядывался в её внезапно побледневшее лицо.
– Такая высота меня пугает, – наконец призналась она.
«Вот это поворот!»
Знала бы она чего мне стоило договориться о прыжке с парашютом с этой башни. Но делать нечего, надо срочно менять планы.
– Пойдём!
Мы вновь заходим в лифт и едем вниз.
– Прости, – шепчет она.
Краски постепенно возвращаются на её лицо.
– Брось! Мне стоило узнать о твоих фобиях, прежде чем планировать что-либо.
– Это не акрофобия. Мой брат был скайдайвером. И он разбился, прыгнув с небоскрёба в Китае пять лет назад. С тех пор, я чувствую себя неуютно на большой высоте.
– Боже! Прости, я не знал, – притягиваю её к себе, успокаивающе глажу по голове.
Она благодарно льнёт ко мне.
– На какую высоту ты поднимаешься без проблем? На горных лыжах, например, можешь кататься?
– Могу, – кивает она. – И на сноуборде. Страх вызывают в основном небоскрёбы. Мне кажется, если посмотрю вниз, то бездна засосёт меня. Я знаю это глупо, но ничего не могу с собой поделать.
– Твоя реакция вполне объяснима. Ничего, мы просто будем избегать высоких зданий.
Спустившись вниз, я отошёл, чтобы сообщить оргам об изменении планов. Они, мягко говоря, были не в восторге, но согласились с моим новым планом. Мы едем к другому торговому комплексу и заходим внутрь.
– Ты решил на шопинг меня сводить в наказание? – улыбается Анита.
– Нет, тут есть развлечение получше.
Я подвожу её к огромной стеклянной стене, за которой виднеется царство снега. Детишки играют у снежной крепости, катаются на санках. На подъёмниках медленно плывут вверх сноубордисты и лыжники.
– Ничего себе! – выдыхает Анита.
Если учесть, что на улице даже ночью температура не опускается ниже 30, то это действительно выглядит, как чудо.
– Хочешь туда? – подмигиваю я ей.
– Спрашиваешь!
Анита уже бежит впереди меня. Внутри нас встречает настоящая зима. Температура около минус пяти. К счастью, на входе дают тёплую одежду. Анита сразу тянет меня на гору. Съёмочная группа еле поспевает за нами. Я не удивлён, что на сноуборде она катается лучше меня. В попытке показать ей, что я тоже кое-что могу, случайно подрезаю её. Она падает. Спешу к ней. Она почему-то не встаёт и от этого мне очень тревожно.
– Ты как? – наклоняюсь, с волнением заглядывая ей в лицо.
Она открывает глаза и хохочет.
– Ага! Испугался?
– Ах ты бесстыжая бестия!
Наваливаюсь на неё всем телом, впиваюсь в так давно манящие меня губы. Она отвечает на поцелуй. На время я забываю про людей вокруг и про то, что нас снимают. Есть только она. Её дразнящий, свежий аромат, солоноватый вкус её губ.
Вдруг в меня прилетает снежок. С неудовольствием отрываюсь от Аниты. Поодаль стоит ватага ребятишек, решивших, что мы идеальный объект для обстрела. Рывком поднимаю Аниту на ноги.
– Бежим!
И мы вновь спешим на гору. Время пролетает незаметно.
– Придёшь ко мне сегодня? – шепчу ей, когда мы ненадолго остаёмся наедине.
– Ага, как же, – строит мне рожу она.
Ночью слышу привычный стук в дверь, но не открываю. Знаю, что там не Анита, а других я сегодня видеть не хочу. Может у меня быть выходной, в конце концов?
Остальные дни и ночи до церемонии наполнены другими женскими ликами, но снится мне только её лицо.
Не зря говорят, что от любви до ненависти один шаг. После его нападок на дне рождении, во мне клокотала злость. Казалось, попадись он мне – разорву на клочки. Я сразу вспомнила свои давешние опасения насчёт этого мужчины. Мне так мало известно о нём, а то немногое, что я знаю, должно было бы заставить меня держаться от него, как можно дальше. И эта вспышка агрессии лишнее тому доказательство.
– Съезди, проверь, как там дом после вечеринки, – огорошил меня Лёвушка, стоило мне появиться в офисе после выходных.
– Да что там могло случиться? – заартачилась я. – Приличные же люди гуляли.
– Знаю я таких приличных. Выпьют лишку и пойдут крушить всё вокруг. Ты до конца там оставалась?
– Нет, я уехала раньше, – пришлось признать мне и разворошить в своей голове воспоминания почему я была вынуждена это сделать.
– Ну вот! – торжествующе потряс пальцем Лёвочка. – Может там уже камня на камне не осталось.
