Сейчас он тряс перед моим лицом изумрудными туфлями. Стало немного стыдно, что отвлеклась от сборов, но не объяснять же бедняге, что все писатели иногда «зависают» и не реагируют на внешние раздражители. Да и приличествующее роскоши нарядов восхищение мы выражаем по большей части в книгах.
– А разве мы не остановились на лавандовом платье? – удивилась я, допуская, что пропустила что-то важное, пока размышляла над текстом. Такое случалось довольно часто.
– Грациозный изумрудный отлично сочетается с магическим лавандовым. А тут еще такой градиент…
– Да? Ну, давайте изумрудные.
– А может, графский фиолет? – не отставал противный мужик. – Он тоже подходит, но смотрится чуть спокойнее.
– Давайте фиолет.
Меня так достали, что я готова была согласиться на все что угодно, только отстаньте уже от меня! А впереди ждали еще шляпки, маски и макияж. Дизайнер масок привел меня в настоящее бешенство, пытаясь нарядить в золотой, расшитый стразами намордник. Его глубоко оскорбил наш с модистом выбор: маска в тон платья, с едва заметной серебристой паутинкой изящного узора.
Потом мы подбирали шляпку, перемерили с добрый десяток вариантов, пока не сошлись на небольшой, очень аккуратной и совсем немного украшенной свежими цветами. И затем трижды (трижды!) с меня смывали макияж и наносили его заново. Получились вполне симпатичные «смоки айз», огромные выразительные глазищи с пушистыми ресницами. Но я уже не могла оценить всю прелесть образа.
Все закончилось за десять минут до приезда Адриана, и я поняла, что уже устала и ненавижу весь мир, и даже собственное отражение в зеркале не радовало, хотя посмотреть было на что. Я напоминала экзотическую яркую птичку, все как требовалось Адриану.
Личная ручная канарейка – хорошенькая и глупенькая, осталось не забыть молча улыбаться, и можно считать образ завершенным. Надеюсь, чай с королевой действительно важен для герцога.
Надо ли говорить, что, когда за мной пришла Марта, я была зла как тысяча чертей и готова откусить голову не только мужу, но и королеве.
Мне всю ночь снилась Марго. Клянусь, под конец я ее уже возненавидел, хотя начиналось все довольно приятно. Одетая в полупрозрачный пеньюар супруга была как никогда ласкова и готова на все, а я впервые за многие годы чувствовал что-то кроме механического желания. Ловил взгляд, который у нее появился совсем недавно: дерзкий, уверенный, упрямый, и наслаждался ее острыми коготками – в прямом и переносном смысле.
А потом картинка поменялась, оставив меня разочарованным. И Марго гонялась за мной с леденящими душу криками «Дай мне еды-ы-ы! Я хочу е-е-есть!». А когда я каким-то чудом все же нашел в одном из шкафов кусок пирога, рыдала в уголке и на все мои попытки ее покормить кричала: «Поздно! Я уже разучилась! Я разучилась есть! Из-за тебя-а-а-а-а-а!».
Потом картинка снова менялась – и я видел жену в странной одежде: каких-то обтягивающих синих штанах, белых туфлях на шнуровке и в обнимку со светящимся экраном. Она не обращала на меня ровным счетом никакого внимания, лишь говорила странное заклинание:
– Хм, всего восемь лайков на тысячу охватов… это точно накрученный блог, и книги на обзор я высылать ему не буду…
Когда я открыл глаза и понял, что пора собираться и ехать за женой, то успел пожалеть, что вообще женился. После чашки кофе слегка отпустило, но все же я направлялся к новому дому Марго изрядно раздраженным. Если опоздает, я из ее «тетушки» и правда тетушку сделаю. А потом заберу жену домой и буду брать с нее арендную плату, раз ей это так нравится.
Но Марго на этот раз не подвела. И, признаться, когда она вышла, на несколько секунд я оцепенел, потому что никогда ее такой не видел. Нет, конечно, жена всегда была исключительно хороша собой – поэтому я ее и взял. Но сегодня, в нежном лавандовом платье и шляпке, украшенной цветами, она смотрелась непривычно хрупкой. Несколько завитых локонов, выпущенных из прически, ласково касались кожи на шее. Все портила проклятая маска, скрывавшая лицо Марго, и я вдруг пожалел, что у нее нет магии.
Хотя, скорее, не пожалел, а испугался, но страх давно стал чуждой эмоцией, и я не сразу понял, что на самом деле испытываю.
На крыльцо вывалилась группа поддержки: Марта и все, кого я прислал привести жену в порядок перед встречей с королевой. А из окна чердака украдкой выглядывало «тетушко». Вероятно, в силу возраста, «тетушка» не только забыла надеть маску (как-никак, столько незнакомых магов в доме!), но и запамятовала побриться. Несчастная одинокая женщина.
Марго не надела перчатки, и я поразился, какая тонкая и холодная у нее рука.
– Ты совсем невесомая, – вырвалось у меня.
Да что такое! Голова как будто перестала работать.
Прекрасное создание подняло на меня большие глаза, обрамленные пушистыми ресницами, и молвило:
– Это все потому, что муженек голодом морил, вот и отощала.
Все, отпустило.
– Да, морил, конечно. Так морил, что вчера в тебя половина булочной влезла.
– Влезла бы и вся, если бы ты не сожрал.
– Я смотрю, ты не в настроении.
