– Самойлов Вячеслав Николаевич. И я не угрожаю, а лишь констатирую факт, что бизнес любит стабильность. А всякого рода разговоры, проверки лишь портят репутацию фирмы, а это, в свою очередь, приносит ущерб бизнесу, – он улыбался, но вот глаза его оставались холодными, цепкими, угрожающими.
– А с чего, простите, моей фирме, что стабильно работает вот уже много лет, вдруг потерять свою стабильность? Мое агентство – лучшее среди себе подобных.
– А с того, Сергей Александрович, что власти мне хватит не оставить здесь и кирпичика на кирпичике.
– Чего вы хотите? – устало и зло спрашиваю я. – У меня мало времени.
– Публичных извинений будет достаточно.
Меня тут же охватил гнев, требуя выхода. Руки так и чесались и папаше тоже нос сломать.
– А вы в курсе, что ваш сыночек получил за дело? Он лапал мою жену! В моем доме! Еще и опустился до пьяных оскорблений. Скажите спасибо, что своими ногами дошел домой!
Вячеслав Николаевич резко поднимается со стула, и говорит уже совсем иным тоном, означающим лишь одно – у меня будут проблемы из-за того щенка:
– А вот Валера мне поведал совсем иную версию событий. Татьяна сама вешалась ему на шею, и это, кстати, не в первый раз. О ней много разного говорят, особенно после той выходки в клубе. Да, как бы не постарался Лёня, я успел посмотреть видео, во всей красе, так сказать. И на нем Танечка даже близко не похожа на примерную и влюбленную невесту…
Договорить я ему не дал, вдарив прямо в челюсть, что господин Самойлов не удержался и упал.
– Не смейте приходить ко мне и оскорблять мою женщину! А вам, Вячеслав Николаевич, я рекомендую научить вашего сына постоять за себя, а не бежать после каждой драки к папочке жаловаться. Ну, или наймите парню тренера, если вы не удосужились за двадцать лет воспитать в сыне мужчину.
– Ты пожалеешь об этом, Новиков, ох, как пожалеешь, – прошипел Самойлов, поднимаясь на ноги и потирая челюсть. – И даже твоя крыша, на которую ты надеешься, не спасет. Не в этот раз.
И он вышел не прощаясь. Я сел в кресло в глубокой задумчивости. Самойлов известен крутым нравом, а также тем, что не стоит переходить ему дорогу. Потому как Вячеслав Михайлович не брезгует решать свои проблемы при помощи представителей криминального круга. Да уж, «лучшего» начала дня и желать не стоит.
– Настя, принесите мне кофе. С коньяком, – устало произношу в переговорное устройство.
– Хорошо, Сергей Александрович, сейчас все сделаю.
Погрузившись в дела, постоянно отвечая на телефонные звонки, я забыл об утреннем инциденте. Ровно до того момента, как мне позвонил охранник Татьяны.
– Сергей Александрович, у нас проблемы, – коротко сообщил Антон.
Я сжал переносицу пальцами. Тут же начала раскалываться голова.
– Какие?
– Татьяна сбежала.
– Что значит, сбежала? Антон, ты вообще в своем уме?! – ору я в трубку, вскакивая с места и на ходу накидывая пиджак.
– То и значит. Она просила отвезти меня в клуб, но я, следуя вашему приказу, отказался.
Да, я действительно велел Антону не позволять Тане посещать ночные клубы и бары. Только университет, встречи с друзьями, и, на худой конец, торговые центры. Охранник должен был везде следовать за моей женой незримой тенью, и, в случае необходимости, докладывать мне обо всем, что ему покажется странным, или если Таня начнет выкидывать свои фокусы.
И до сегодняшнего дня все было в порядке, все шло строго по моему плану. И меня такая жизнь устраивает. Я привык жить по четкому графику, «по ежедневнику», зная заранее, что должно произойти в тот или иной день.
Но в моей жизни появилась женщина. Нет, разумеется, это не первая женщина, но она – единственная, кому удалось сломать мою налаженную, расписанную по часам жизнь. Таня – единственная, на кого я ТАК реагирую. Надо признаться хотя бы самому себе, что девчонка меня зацепила. Да так, что я постоянно думаю о ней, хочу прикоснуться, снова ощутить нежность ее кожи и цветочный запах, исходящий от ее шелковых волос. Стоит признать – мне глубоко симпатична собственная навязанная жена. Причем давно.
Нет, я всегда воспринимал Таню исключительно как ребенка. Но девочка выросла и расцвела, стала соблазнительной и знала, как пользоваться успехом у мужчин. Но так как она – дочь моего друга, я запретил себе думать о ней. Получалось неплохо. Ровно до тех пор, пока она не проходила мимо, соблазнительно виляя бедрами в коротком платье, обдавая меня своим неповторимым цветочным запахом. Вот тогда-то и требовалась вся моя выдержка, выработанная годами. Как правило, после я всегда спешил уехать, чтобы даже жестом себя не выдать. Леня никогда бы мне не простил того, что я засматриваюсь на его дочь.
Черт! Я сейчас совсем не о том думаю! У меня просто давно не было секса. Надо как-то это исправить, иначе скоро начну кидаться на девчонку. Тем более что я не давал обещания хранить целибат во время нашего брака! Так, с этим позже разберусь, сейчас надо найти мою нерадивую женушку.
