Перо зависло над листом, словно задумавшись, а затем ринулось в атаку. А я возблагодарила папу, научившего меня всегда записывать информацию для того, чтобы было легче делать выводы.
А выводов от меня ждал и незнакомец. Впрочем, его-то я радовать и не собиралась.
И сейчас, даже не усевшись на стул, а просто наклонившись над столом, я записывала всё, что помнила и не намеревалась забыть. Пока что не намеревалась. Я выписывала малейшие крохи информации, полунамеки, которые, сам того не желая (или желая?), предоставил мне Лой. Я записывала всё, что случилось в замке с моего появления. Я писала так быстро, как, наверное, не писала никогда.
Наконец всё было закончено. Я поставила точку и, ещё раз пробежавшись глазами по исписанному листку, отошла к окну и уселась на подоконник, плотнее запахнув халат.
Настало время делать выводы.
Итак, Лой. Кто он? Явно человек под личиной — не простолюдин, об этом свидетельствовало как минимум то, что сам Анталь не распознал подмену. А это значит, этот человек знает принца достаточно близко, чтобы перенять манеру речи, поведения, да даже речевые обороты: я была готова поклясться, что он подготовился основательно, до мелочей. Или долгое время находился в ближайшем окружении принца, или…
Я застыла. А вот второе “или” было правдоподобным. Слишком правдоподобным и слишком невероятным, чтобы поверить в это.
Второй вариант свидетельствовал лишь о том, что подготовка лже-Фалькора велась при полном согласии настоящего принца.
Его Высочество Лорр Рейн являлся старшим королевским дознавателем — для меня это секретом не было. И, следовательно, вполне мог руководить подготовкой кого-то, кого…
Я провела пальцем по строчкам. Вот оно — крупно записанное слово “внедрение”, окруженное знаками вопроса. То, что дело по гибели девушек окажется под пристальным наблюдением Короля, было ясно с самого начала. Но, с другой стороны…
Я откинулась на стену и, прикрыв глаза, вызвала в памяти голос верра Альмуса — на этот раз из Серого Шпиля. Для разнообразия.
“Выпускницы Серого Шпиля — не профессионалы в широком смысле этого слова. Они скорее помощницы Тайной Службы Его Высочества. Сбор информации, легкие расследования, некие навыки, которые способны облегчить вам жизнь, — верр поучительно поднял к потолку крючковатый палец, — ну и светлые головы, я надеюсь. Я не уверен, что мне удастся до конца выбить из ваших прекрасных головок женихов и дорогие наряды, но как минимум я попытаюсь донести до вас простую истину: иногда вам придется работать в команде”.
“Друг с другом?” — я подняла руку. Кн иг о ед . нет
“И друг с другом тоже, — кивнул Альмус, — но иногда вам предстоит стать помощницами работников Тайной Службы Его Высочества”.
Улыбки в рядах учениц померкли. Тайная Служба — это серьезно, и с этим никто шутить не собирался.
“Это будет как-то реализовано?” — подняла руку тёмненькая девочка за столом напротив. Я так и не удосужилась узнать её имя, даже не знаю почему.
“Это будет реализовано по-разному, — верр прошёлся между рядами, поправляя листы пергамента на столах, — иногда вы будете знать об этом с самого начала, а иногда — придется подумать, — верр хитро улыбнулся, и в уголках его глаз пролегли задорные морщинки, — некоторые дознаватели очень любят устраивать проверки девушкам”.
“Зачем?” — я поморщилась, проверки я не любила.
“Лои Сольн, они рискуют большим, чем вы. Вы иногда рискуете здоровьем, иногда жизнью. А они — безопасностью Королевства”.
В классе воцарилась мёртвая тишина. Было слышно, как муха бьется в оконное стекло в поисках выхода в сверкающий летним солнцем и такой заманчивый внешний мир.
“Поэтому, — продолжил Альмус, направляясь к окну, — иногда они не могут рискнуть взять в помощницы девушку, которая, по их мнению, не обладает нужными им навыками. Иногда девушка ещё не догадывается, а её уже проверили и сочли непригодной”.
“Непригодной, — темненькая девушка фыркнула, — звучит как…”
“Звучит так, как звучит, — отрезал верр, открывая окно и наблюдая за тем, как счастливая муха вылетает во внутренний двор академии, — не нужно привязываться к тому, как что звучит, ведь зачастую то, что кажется, и то, что есть на самом деле, — разные вещи…”
Я открыла глаза. Кое-что нужно было проверить в ближайшее время. Но вначале я хотела закончить с логической цепочкой. Ведь, если всё так, как я думаю, шанс у меня всего один.
Итак, Лой. Если на минуту допустить, что он тайный королевский дознаватель, а я всего лишь прислана ему в помощь, то это объясняет многое: и красный свиток, и дальнейшее прибытие в д’эрран ключей. Только вот никак в это не хотят укладываться слова отца, который уверял меня, что Анталь сам уговорил его отпустить меня с испытательным сроком в два месяца: ведь помню, как “ласково” встретил меня жених в библиотеке.
Лой не простолюдин, и, следовательно, имя для него слишком короткое. Все знатные люди носили имена как минимум с двумя гласными буквами, в то время как обычные люди обходились без этих условностей и называли детей как можно короче.
Имя Лоем бы ему подходило. Лой — нет.
