Ожидание оказалось утомительным. Он не стал садиться в карету, ибо всячески избегал своих стражей. Они ждали: один — прислонившись спиной к стене в переулке, а второй — к одной из лошадей.
Дважды Себастьян садился на скамью, наблюдая за прохожими, которые спешили по своим домам или в гости. Дул порывистый ветер, и вот-вот грозился хлынуть дождь. Он взглянул на часы на башне на углу площади — половина шестого. Он уже начал тревожиться, потому что в Кенсингтоне его уже наверняка хватились. Он больше не мог ее ждать.
Крупная капля дождя упала ему на плечо. Себастьян огляделся по сторонам, никого не увидел в парке и направился к раскидистому дереву, чтобы спрятаться под ним. Он поднял ворот пальто до самых ушей, поглубже натянул шляпу и, скрестив руки на груди, продолжил ждать. По всей видимости, он ненадолго задремал, прислонившись к дереву, потому что вздрогнул, когда двери дома № 22 неожиданно распахнулись и его спешно покинула женщина в коричневом плаще, шляпке и в очках в металлической оправе, соскользнувших на самый кончик носа. На крыльце она обернулась и энергично потрясла руку еще одной дамы. Затем она бросилась вниз по лестнице, за угол, где у тротуара ее ждал кабриолет. Из него вышел какой-то джентльмен, помог ей забраться внутрь, задернул шторки на входе, сам сел на место извозчика и пустил лошадей рысью.
Затем на крыльцо дома № 22 вышла Элиза Триклбэнк, и Себастьяну показалось, что у него перестало биться сердце. Она разговаривала с какой-то женщиной и одновременно завязывала ленты своей шляпки.
Себастьян вышел из сада, готовый перехватить ее и сопроводить домой, когда к двум дамам на крыльце присоединился джентльмен. Он стоял, уперев руки в бока, и выглядел крайне возмущенным. Со стороны казалось, что он о чем-то жарко спорил с подругой Элизы. Себастьян не слышал, о чем они говорят, но отлично улавливал интонации. Он видел, как Элиза поцеловала подругу в щеку, сделала реверанс джентльмену и поспешила по лестнице вниз. Спрыгнув с последней ступеньки, она быстрым шагом направилась прочь.
Себастьян шагнул в ее сторону, но тут же осознал собственную ошибку — его немедля заметила подруга Элизы. И теперь, совершенно не обращая внимания на то, что говорил ей джентльмен, она не сводила с Себастьяна пристального взгляда. Он понял, что, несмотря на расстояние, разделявшее их, она узнала его, и ощутил, как внутри все сжалось. То, что его могли узнать, заставляло Себастьяна прятаться в тени Кенсингтонского дворца, за спиной своей стражи.
Но сейчас он не мог даже думать об этом — Элиза уходила прочь, запахнувшись в плащ. Ветер развевал полы плаща, и казалось, что она вот-вот взлетит. Он перебежал улицу, догнал девушку и окликнул ее:
— Элиза!
Она вздрогнула и подняла голову. Начался дождь, и он протянул ей руку.
— Побежали!
Она без колебаний сунула свою хрупкую ладонь в его руку, позволяя ему стремительно увести ее к карете. Он распахнул дверь, втолкнул ее внутрь и сам запрыгнул следом. Сеастьян почувствовал, как качнулась карета, когда его охранники взобрались на козлы. Он открыл окошко над головой.
— Бедфорд-сквер, — прорычал он и закрыл окошко.
Со шляпки Элизы капала вода. Она запыхалась, а ее глаза радостно блестели. Девушка сняла шляпку и стряхнула воду на пол.
— Вы мой спаситель! — весело воскликнула она. — Пока бы я шла домой, на Бедфорд-сквер, вымокла бы до нитки. — Она окинула взглядом обитые бархатом стены, провела рукой по бархатным, туго набитым подушкам и спросила: — Это ваша карета?
— Нет. — Себастьян пытался не смотреть на ее губы и вернуться к насущным вопросам. И все же в глубине души он отказывался отводить от нее взгляд и смотреть на то, как она сидит, скрестив ноги и весело болтая одной ногой над другой. Какие же хрупкие и изящные у нее ручки, лежащие на коленях! — Вам удалось узнать что-либо полезное?
Внезапно она улыбнулась так ослепительно, что сбила его с толку. Глаза ее блестели, подобно двум ярким звездам.
— Мы все выяснили!
— Мы? Кто это мы? — поинтересовался он. — И что вы выяснили?
— Я и Каро… то есть мы с леди Каролиной Хок выяснили. Мисс Хит на самом деле ничего неизвестно, кроме одной детали: ваш приятель спрашивал, не мог бы ее отец, банкир, представить его какому-нибудь французскому банкиру, из тех, кто сейчас находится в Англии.
— Французскому банкиру?
Она кивнула.
— Мисс Хит сказала, что ваш приятель хотел познакомиться с ним, пока тот находится в Англии. Что-то касательно долга.
Себастьян совершенно ничего не понимал. О чем Матус хотел поговорить с французским банкиром? О каких долгах?
— Кажется, это все объясняет, верно?
Ее глаза продолжали радостно сиять, отвлекая его от разговора.
— Прошу прощения…
— По-моему, все совершенно очевидно, разве нет? Ваш приятель влез в долги. И явно обращался за помощью. Зачем еще ему искать встречи с французским банкиром и просить английского банкира замолвить за него словечко? Наверняка ему нужны были деньги. Долг, вероятно, был… достаточно велик.
Себастьян мысленно попытался отвлечься от того, чтобы не пожирать взглядом изгиб ее шеи.
