София заставила себя встать и причесаться. Может быть, ей скоро удастся отплатить ему хоть немного за его благородный жест, когда он женился на ней, выплатил их долги и обеспечил ей защиту от неминуемой нищеты. Она мечтала, как на свой гонорар от Аккермана купит ему подарок. На свои деньги, а не те, что он выделил ей на карманные расходы. Что ему купить? Он носит дорогие вещи, у него есть фамильные драгоценности — булавки с бриллиантами для галстуков, запонки и прочие мужские украшения. Может быть, купить ему лошадь? Сейчас его вполне устраивал жеребец, которого он нанял в конюшнях, но, вполне возможно, у него просто не было времени заняться покупкой лошади. Спортивное ружье? Это стоит больших денег, но можно собрать необходимую сумму постепенно. Похвала издателя принесла ей уверенность в себе. Приободрившись, она села выполнять его заказ. Она предпочла бы рисовать Каллума или набить руку, пробуя себя в тех злободневных карикатурах, что видела на улице, но, поставив цель заработать, она должна прежде всего сделать работу для мистера Аккермана. Сначала продаст свои произведения и только потом скажет Каллуму. Он убедится, что ее репутация нисколько не пострадала, поскольку рисунки не подписаны, возможно, он даже станет гордиться ее работами.
На следующее утро, когда София спустилась в столовую, на столе не оказалось свежих цветов. И ночь она провела в одиночестве. В столовой мужа тоже не было. Вчера Каллум известил ее запиской, что не вернется к ужину, и явился поздно, когда она уже легла спать. София уговаривала себя, что этому не стоит придавать значения, что его признание прошлой ночью не имеет к этому отношения. Скорее всего, он просто загружен работой, так бывает.
— Мистер Чаттертон рано ушел? — спросила она Эндрю, сервировавшего стол для завтрака.
— Хозяин сказал, что скоро вернется, мэм. Он отправился на рынок. — Лакей выглядел смущенным не меньше ее.
— На рынок?
— Шепард-Маркет, мэм. Рынок рядом, за углом. Там я покупаю цветы каждое утро. Но сегодня хозяин пошел сам.
— Я подожду его, а пока принесите мне чашку кофе в гостиную.
Почему Каллум отправился на рынок, что ему пришло в голову? Странная и неожиданная причуда. Если ему требовалась физическая разминка после напряженного дня в офисе, то парк гораздо больше подошел бы для утренней прогулки.
Не успела она дойти до гостиной, как дверь распахнулась и появился Каллум с таким огромным букетом, что виден был только верх его шляпы. Это был не обычный букет — его составляли самые разнообразные полевые цветы, такое впечатление, что этот букет собирал без разбора маленький ребенок, все подряд, а собрав, вручил Каллуму.
Его лицо было скрыто за огромным букетом.
— Каллум! — Она раздвинула цветы и увидела его улыбающееся лицо.
— Я решил, что это будет приятной переменой после каждодневных роз и ты сможешь их рисовать.
В Грин-Парке ты вряд ли найдешь такие, там садовники быстро прибегут с ножницами и срежут их или выдернут, как сорняки.
— Какая красота! Спасибо. И ты сам пошел за ними!
Она подумала, что не многие джентльмены способны рано утром толкаться на рынке, потом идти по улице с таким букетом под взглядами прохожих, чтобы порадовать жену и дать ей предмет для творчества.
София не отходила от мужа, пока он отдавал цветы Эндрю, а тот ставил их в вазу. Каллум повернулся к Софии, их губы встретились, он обнял ее, и страстный поцелуй длился, пока оба не задохнулись. София прижималась к нему, забыв обо всем на свете, как будто давая понять, что жаждет получить то, чего не хватало ей вчера ночью.
Когда Каллум отпустил жену, задыхающуюся и смущенную, ноги едва держали ее.
— Из-за меня ты еще не завтракала. Никогда не думал, что утром на рынке так много народу. Зато столько красок… Такое впечатление, что я вернулся в Индию. Ты должна это увидеть. Даже мне захотелось рисовать.
— С огромным удовольствием. — Она повела его в столовую. — А я решила, что ты плохо спал и пошел пройтись, подышать свежим воздухом.
— Да, я вчера много работал. Стол был так завален бумагами, что надо было разобраться и спланировать, что делать дальше. Сегодня у меня несколько встреч, но завтра собираюсь опять взглянуть на тот корабль. Хочешь пойти со мной?
Вот оно — осуществление ее мечты! Принять участие в жизни Каллума, разделить ее, войти в его мир, — что может быть желаннее? И он еще спрашивает, хочет ли она поехать с ним.
— Это одно из моих самых заветных желаний, — проговорила она. — Но прошу тебя, не задерживайся сегодня, потому что мы идем на прием к миссис Хиксон. С нетерпением жду встречи с твоими родственниками.
Он вернулся домой вовремя, день прошел спокойно, работы было не так много, как накануне. И это хорошо, потому что он просто не мог ни на чем сосредоточиться, его мысли то и дело возвращались к Софии.