За время отдыха в Хабаровске и поездку в поезде я что-то разоспался и будильник на телефоне не поставил. И тут тоже проснулся уже около десяти часов утра, что со мной, обычно, бывает не часто. Учитывая потраченное на сон излишнее время, пришлось пожертвовать завтраком, тем более что я пока не представлял, работает ли здешний ресторан в утреннее и дневное время. А выяснять это было уже поздновато. Так что я по-быстрому облачился в чекиста. Подумав, оставил в номере все оборудование, кроме ноутбука и телефона. Ноут мне казался здесь наиболее ценным, и расставаться с ним я не желал, а на телефоне можно было почитать, во время возможного ожидания, если, конечно, вокруг не будет лишних глаз. Сэкономив таким образом место и вес своего немалого багажа на одну сумку, я выскочил из номера.
Метро работало без сбоев. За тридцать копеек с красным билетиком я добрался до станции «Дзержинская», отличающейся своей платформой с полукруглым сечением. Вышел из вестибюля прямо напротив страшного для любого уважающего себя либераста здания по адресу Большая Лубянка дом 2. И через толчею трамваев и машин на площади Дзержинского зашел в здание аппарата госбезопасности.
На входе меня «под белы ручки» ни кто не принял, я показал удостоверение и сообщил, что прибыл в командировку с документами. Скучающий дежурный направил меня в канцелярию и показал, как туда пройти. Поблагодарив дежурного, я отправился искать канцелярию, где попал в руки словоохотливого малого, принимающего корреспонденцию.
– Ну, тут у вас и документов, весь год что ли копили – сетовал он, вскрыв филипповский пакет. – И в кадры, и в технический отдел, и даже в ГУЛАГ. Вы, товарищ Абалкин, вот что, оставляйте свои документы, тут уж мы сами их по адресам разнесем.
– Там на некоторые документы ответы нужны, – робко проговорил я, не обратив внимания, что чекист, расписывавшийся за получение какого-то пакета, удивленно вскинул брови, услышав мою фамилию.
– Ну, если будут, то будут, – рассудительно заметил приемщик. – Учитывая количество документов, вы через пару дней заходите, не раньше. Как у вас со сроками командировки?
– Ну, нормально, с открытой датой, – заявил он, ознакомившись с протянутой мною бумагой. – Как раз, пока достопримечательности столицы осмотрите, когда еще из Магадана-то своего выберетесь.
– Товарищ, у меня здесь еще личное поручение от руководства, – обратился я. – Не подскажете, где я могу найти товарища Иосифа Илларионовича Никитинского?
– А кто он, в каком управлении и отделе?
– Не знаю, у вас сейчас все так быстро меняется.
– Это точно, – проворчал, почесав затылок канцелярист. – Даже не знаю, как вам помочь.
– Очень нужен, меня, когда Иван Гаврилович отправлял, сказал: мол, не передашь гостинцы, лучше не возвращайся, – жалобно соврал я.
– Ну, что ж с вами делать-то, товарищ стажер, разве что через коммутатор попробовать.
– Товарищ Абалкин? Лев Вячеславович?
Я аж подпрыгнул от неожиданности. Обернувшись, увидел высокого довольно молодого чекиста с могучей фигурой, высоким лбом и открытым прямым взглядом карих глаз.
– Да.
– Толя, – обратился чекист к моему собеседнику. – Я знаю, где сидит Никитинский, я сам провожу товарища Абалкина.
– Вот спасибо, товарищ Абакумов, выручите молодого человека, – расплылся в улыбке канцелярский Толя.
Нифига себе, сам Абакумов! Пронеслось у меня в мозгу, будущий начальник СМЕРШа и «всесильный» министр Госбезопасности! И… вроде бы, человек Берии. Хотя, кто их тут знает, кто сейчас чей человек. А чего я ему понадобился?
– Конечно, чекисты своих не бросают, – весело подмигнул Абакумов. – Пойдемте, товарищ Абалкин.
7
– Ну и как поживает Майя Тойвовна Глумова? А Эрнст-Юлий Горн?
По пути Абакумов сказал, что ему нужно зайти в свой кабинет. А когда мы зашли, попросил притворить дверь и, усевшись на край стола, задал указанный вопрос.
Мои мозги заклинило, словно в критический момент какого-то глупого ток-шоу: «А теперь, внимание, вопрос на миллион…». А Абакумов продолжал, улыбаясь «во все 32».
– А голован Щекн так и не избавился от собачьей привычки чесать задней лапой за ухом?
– Так… это… – промямлил, наконец, я. – Они ведь выдумка.
– Конечно, – добродушно усмехнулся будущий министр. – Ты куда корабль дел, дурик?
– Какой корабль?
– Ну, не морской, конечно, космический, ты из олухов ГСП?
– Группы свободного поиска? – уточнил я.
– Нет, блин, горы сладких пирожных, ну не тупи. Разбил корабль что ли? Туземцы не могли тебя сбить, у них нет здесь таких технологий пока.
– Товарищ Абакумов, – наконец смог выдавить я из себя что-то связное, показывая вверх. – Я не из ГСП и вообще «не оттуда», я землянин.
– А откуда тогда ты знаешь произведения Стругацких?
– Читал.
– ?! – брови собеседника взлетели вверх.
– В будущем, – неуклюже пояснил я и, перекинув сумку вперед, потащил из нее ноут, который являлся лучшим доказательством словам.
Изучив лаптоп, открыв его и даже запустив нажатием кнопки питания, Абакумов все еще удивленно посмотрел на меня.
– Ты попаданец?
– Да, – просто ответил я.
