— Я никогда прежде… этого не делала, — осторожно намекнула Челси. Девушка перед ней пожала плечами.
— Значит, мы в одинаковом положении. Я тоже ещё никогда не умирал и не возвращался таким вот странным образом к жизни. Стоит попробовать. Что для этого надо?
— Нужен Корецкий. И мой помощник, он врач.
— Ему можно доверять?
— Я не знаю, как он отреагирует на всё это. В работе я ему полностью доверяла, но тут…
Мандраж сжимал сердце Челси, и она понимала всю серьёзность подобных процедур. А доверять подобное кому-то ещё очень сложно. Поэтому она и хотела посоветоваться с Корецким. У Мика был армейский дружок, военный врач. Возможно, он бы смог помочь. Но для этого нужно было найти самого Корецкого. Пока Челси размышляла, как ей быть, Меган осторожно положила ладонь поверх женской руки и произнесла уверенным голосом:
— Эй, ты ничего не испортишь. Я верю в тебя. Меган тоже верит. Ты сделаешь всё правильно.
В серых глазах Меган отражалась стойкая уверенность Пола, что всё будет хорошо. По-другому и быть не могло!
***
Блэкуэлл смотрел на спокойное лицо мёртвого Костровского. Много народа его не любили в отделении, но чтоб желать смерти… Блэкуэлл сунул в рот жвачку и начал усиленно её жевать, чтобы отбить запах медикаментов.
— Хватит на него пялиться, — раздражённо сказал Вудс. — Он от этого не оживёт и не сообщит нам имя убийцы.
И то верно. Но всё равно чисто по-человечески всегда жаль коллегу, хоть он и был свиньёй приличной.
— А жаль, — с сожалением сказал Блэкуэлл. — Не хотел бы я умереть от руки убийцы, чьи деяния расследую.
Шейн Блэкуэлл философом не был, а вот флегматиком — вполне. Спокойный и уравновешенный, он подстёгивал Вудса и прикрывал его спину. Напарниками они уже были лет восемь. Это немалый срок, когда можно проверить, чего стоит человека, с которым работаешь в паре.
— Кто же этот неуловимый сукин сын?! — куда-то в пустоту морга спросил Блэкуэлл, продолжая жевать жвачку. Вудс, записывавший что-то в блокнот, отвлекся, пытаясь осознать вопрос.
— Кто бы знал…
Шаркнули ботинки в коридоре, и стальной серьёзный голос Корецкого громко произнёс:
— Я знаю.
***
Кровь стучала в висках и разливалась на небольших ладных ступеньках детского замка, построенного из деревянных брусков. Вцепившись маленькой рукой за перила, девочка пыталась кричать. Но из горла вырывались только хрипы и стон. Тейлор авеню утром была почти безлюдна, лишь редкие прохожие шастали в переулке, напротив, но они не спешили на кровавый пир небольшой детской площадке расположенной в створе улиц.
Слезы не давали нормально дышать. Страшно было, неимоверно страшно, повернуть голову, чтобы увидеть расписанную кровью сестёр историю их жизни. Бриджит не знала, что сама может умереть, ведь незнакомый дядя точно бил, наверняка. Шесть сильных, яростных ударов в спину. Разрывая в клочья всё, что было важным на тот момент. Теперь всё не важно. Кроме одного.
Жизни, которая утекала через глубокие ножевые ранения и не желала это прекращать.
Желала уйти, и не вернуться. Так же, как убийца. Ушёл и не вернулся. И сейчас уже скоро будет ничего не поправить. Но надежда цепко сжимает всегда до последнего вздоха, когда веришь в чудо, которое убили на твоих глазах. Растерзали, разорвали, сломали.
— Твою мать!
Голос, далёкий, как эхо, отдавался в ушах Бриджит. Спасительный голос, он пришёл чтобы помочь. Эд уверенно набрал 911.
— Убийство, — сказал он отстранённым голосом. — Детская площадка на Тейлор авеню.
========== 21. Финт судьбы. ==========
Комментарий к 21. Финт судьбы.
* (лат.) Судьба слепа.
Fortuna caeca est*
Пока Бронкс потрясали очередные жестокие убийства маньяка «Символа бесконечности», а Вудс, Блэкуэлл, Рид и Корецкий складывали всю картину воедино и искали старые дела, которые, возможно, были связаны с Бо Шахтом. В это самое время Челси решилась в одиночку провести сеанс, который мог лишить разума Меган, а Пола — жизни окончательно.
И если Пол верил в Челси очень сильно, а Меган просто нужна была помощь, то сама Уолтерс понимала, что одна ошибка в инъекциях, словах или настрое и уже ничего будет не поправить. И всё же Пол убедил Челси, что от её помощи зависят жизни жителей Бронкса.
— Я сделаю тебе специальный укол, — предупредила Челси. — Ты не уснешь, но и не умрешь. Будешь где-то на грани балансировать, и, возможно, вы с Меган сможете поговорить. Однако у тебя будет не более пятидесяти и минут. После этого может наступить кислородное голодание, и мне придётся тебя реанимировать. То есть, Меган. Ты понимаешь?
— Не совсем, — честно признался Пол. — Но мы всё равно должны попробовать. Мне нужно знать то, что знает Меган. И спасти её так же, как Рид.
Челси кивнула. Её рука немного дрожала, но всё же она понимала, что Пол и Меган на неё лишь надеяться. После того, как она сделала инъекцию и Пол погрузился в пространное состояние, женщина ещё долго прослушивала у него пульс, следя за тем, чтобы не было асистолии.
