Следующую неделю я провёл в чуточку невменяемом состоянии – очень уж много дел осталось сделать до отлёта. Целый день ушёл лишь на то, чтобы обсудить с ребятами результаты расчётов длительности полёта. Я специально не давил авторитетом, за что четырежды был обозван перестраховщиком, пять раз мне пришлось выслушать сакраментальный вопрос «С какой это стати?» и ответить на него и восемь раз мне ткнули в нос мысль: «Мы можем сделать это лучше». Разумеется, в долгу оставаться невозможно, вот почему соратники пятикратно были поименованы авантюристами, семь раз спрошены: «Почему нет запасного варианта?» – и ещё один раз я поинтересовался: «А резерв за тебя Чёрный дракон изыскивать будет?»
Между делом мы получили лепёшки взамен забракованных. Отчаянный храбрец Харрф тут же вызвался опробовать продукт на самом себе. Аргументация была такова: «Командир, в случае чего это ведь ты меня спасать будешь, а не наоборот». Бесстрашный естествоиспытатель схрямкал лепёшку. После длительного и нервного ожидания мы с Фиоррой выдали вердикт: «Пациент болен на всю голову, но коричневый хлеб тут ни при чём». Уже гораздо позже я узнал, что Рройта шепнула в доверительном разговоре Гирре: «Раньше я полагала, что это честь и радость – иметь в мужьях самого храброго дракона в команде. Теперь начинаю думать, что тут имеются и отрицательные стороны».
В сельском трактиреУ трактирщика была профессиональная зрительная память. Хотя магов было двое, и оба в ранге магистра (как и те регулярные посетители), однако на сей раз личности были совершенно иные. Но и эти вели себя точно так же: спокойно заказали блюда и пустились в переговоры.
– Доброго вам вечера.
– И вам. Я внимательно слушаю ваши предложения.
– С чего вы взяли, что я вышел с предложениями?
– Иначе вы не проявили бы такой настойчивости в организации этой встречи. Но важно не это, а то, насколько велики ваши полномочия.
– Моё дело в данном случае – высказать предложения, выслушать ваши аргументы и передать всё это руководству.
– Так что же вы хотите?
– Перемирия.
– Нам известно, что творится на Крайнем Юге. Больше скажу: зная состояние вашей экономики, мы предвидели, что война на два фронта будет крайне тяжёлой для Временного правительства Южной Маэры… – Последние слова были произнесены с отчётливо иронической интонацией, но как раз её в сундук положить нельзя. – А в длительной перспективе и вовсе разорительной. Но вы забыли указать нечто важное для нас.
– А именно?
– Какой в этом может быть интерес для Срединной коалиции?
– Прямой, разумеется, – уменьшение военных расходов. У вас становится одним противником меньше.
– Мы полагаем это недостаточным.
– Чего же ещё вы хотите?
Дипломатический представитель Юга, в свою очередь, тоном своей реплики ясно дал понять, что хотеть-то можно, а вот получить…
– Материальных поступлений.
Ответ прозвучал резко:
– Никаких налогов мы платить не будем.
Собеседник оставался удивительно спокоен. С очевидностью этот поворот переговоров он (или те, кто его послал) предвидел.
– О налогах речь не идёт. Суть в другом.
Последовала пауза, и южанин на нее клюнул:
– О чём же вы говорите?
