Он рванул воротник. Слева выплыло озабоченное лицо Ллойда, затем его сменила короткая стрижка Доу. Хелен толкалась каблучками, ее кресло молнией проносилось между шкафами, пальцы летали по клавишам. В машинном зале Рейли изумленно покачал головой, докладывая Доу о расходе энергии, мегаваттный трансформатор гудел на пределе. Пендельсон ощущал себя на поверхности раздувшегося, готового лопнуть, жаркого пузыря. Джек не верил в предчувствия, мало того, разок его посетила мысль, что Ковальский мог и ошибаться. Но если он ошибался, то откуда лезет столь необычная картинка? Пендельсон выплюнул остатки табака. На третьем экране творилось нечто невразумительное, хаос… Черт, животные сгрудились слишком тесно, если кто-то и даст приличный процент наложения, в толпе не разберешь…
Он не сразу понял, что произошло. В барабанные перепонки ударила тишина. В туалете капала вода. Шелестели вентиляторы процессоров, тоненько посвистывал ближайший кондиционер.
— Тридцать футов, сэр!
Обезьяны молчали. Теперь им приходилось по-настоящему туго. Квинси закрыла рот кулачком, затем, встретив взгляд шефа, опомнилась и вернулась к своим обязанностям. В ошейниках обезьян были закреплены нательные датчики, показания которых сходились на компьютер лаборанта.
— Сэр, у Пандоры и Хлои растет пульс! У Корчного давление сто сорок на двести!
Пендельсон задыхался, ему казалось, что в ботинках хлюпает пот. Среди тех, кто остался ночью на базе, не наблюдалось ни одного, даже слабенького рецептора, и профессор отдавал себе отчет, что колоссальная ментальная сила, прессующая животных, не оказывает на него ни малейшего воздействия. Не должна оказывать… Он злился на подчиненных за неповоротливость и понимал, что не прав в своей злобе, потому что сквозь тело, сквозь мили нервных окончаний, сквозь циклические цепи синапсов текло что-то жуткое. Он отрывисто отдавал команды, ни на секунду не теряя контроля над происходящим, но вжимал голову в плечи, словно под потолком, взвихривая волосы на потной лысине, раскачивался тяжелый каменный молот. Капли воды падали с грохотом артиллерийских снарядов. Стеклянные полки шкафов едва уловимо позвякивали. Позади, с одного из стеллажей, соскользнула и покатилась пустая реторта. Квинси взвизгнула, Ллойд подпрыгнул у себя в будке. Пендельсон чертыхнулся, смахнув локтем на пол пачку листов.
— Джек, наложение тридцать! — голос Доу чуть не сорвался на визг. — Мы прошли прежний порог!
— Вижу… Давай третий режим!
— Сэр, Кассандра в обмороке!
Сбоку, над плечом Хелен, мелькнули вытаращенные глаза Бентли.
— Продолжаем, убери еще пару футов! — Кто-то из шимпанзе пронзительно застонал.
Хлою рвало, Касабланка бился челюстью о прутья, по губам его текла кровь.
— Наложение сорок семь процентов!
— Сэр, я не могу, они на меня смотрят! — Сьюзан, зажав рот ладошкой, выбежала в туалет.
Профессор кинул взгляд на монитор и забыл обо всём. Из хаоса линий и сгустков начало что-то появляться, возникала неясная пока симметрия. Он лихорадочно переключал диапазоны, пока машина выбирала уровни фильтрации.
— Джек, у Плиния отторжение электрода, нестабильность седьмого канала!
— Распределите нагрузку по оставшимся!
— Джек, он не выдержит!… О, господи! Наложение шестьдесят!!!
— Хелен, ускорьте обмен сыворотки! Удержите его хотя бы пять минут. Сколько времени он в активной фазе?
— Почти час.
— Сэр! — лицо Рейли на экране. — Я меняю третью вставку. Разрешите задействовать дополнительную кассету фидеров?
— Давай, Сол!
Вернулась мокрая Сьюзан. Стараясь не смотреть на беснующихся шимпанзе, уставилась в свой экран.
— Мисс Квинси, дайте им конфет.
— Но, сэр! Сладости…
— Делайте, что вам говорят!
Девушка нетвердой походкой подошла к клетке, высыпала в выдвижной ящичек упаковку фруктовых драже. Хлою уже не рвало, она лежала, запрокинувшись оскаленной мордой в потолок. Корчной верещал, закрыв голову лапами, Кассандра и Лилит, тяжело дыша, цеплялись за Фишера. Только Пандора вела себя более-менее невозмутимо, сунула в пасть конфету и потянулась сквозь прутья к Сьюзан, показывая, что просится на ручки.
— Шестьдесят и не растет!
— Уберите площадь до двадцати трех!
— Профессор, мы их раздавим!
— Вы здесь распоряжаетесь или я?
— Извините, сэр!
Периферическим зрением Джек поймал слабое движение. Оставленная без присмотра шариковая ручка, еле заметно подрагивая, скользила к краю стола.
— Сол! — Джек переключился на машинный зал. — У нас там всё закреплено, как надо?
— Трансформаторы в порядке. Сэр, я тут подумал, при такой плотности потока…
— После, после, Сол!
Снова лицо Ллойда:
— Доктор, у нас стрелки на часах залипли!
— Господи! — пискнул Бентли. — У меня тоже! Док, мы не облучимся?
— И очень болит голова! — неловко пожаловался Рейли. — Настоящая магнитная буря!
— Наложение восемьдесят семь!!! — сорвавшись на визг, сообщила Хелен. — Джек, я не вижу Квинси!
