— Тут уж вам придется полагаться на наше слово — и поверьте, мы его не нарушим. Помните наш первый разговор в Санкт-Петербурге? Тогда я сказал вам, что мы бизнесмены и делаем лишь то, что выгодно. Смерть вашей дочери нам никакой выгоды не принесет, а вот лишние проблемы создать может. Подозрительное совпадение — исчезновение дочери и гибель отца в авиакатастрофе.
— А похищение девочки — не подозрительно? А я уговорю ее молчать…
— Это сумеем сделать и мы.
Болгарцев понял, что все бесполезно. В глазах его заблестели слезы. Будьте последовательны? Да, он будет последовательным. Это единственная возможность спасти Таню.
— Вы не бизнесмены, — тихо сказал он. — Вы — негодяи…
Он повернулся и побрел к самолету, сгорбившись и волоча ноги. Фолкмер, безжалостный тигр джунглей беспрерывной игры, смотрел вслед летчику, и сердце его пропускало удары. Он взглянул на Pay, a Pay на него, и обоим стало ясно, что они думают об одном и том же.
— Знаешь, Рольф, — выдавил Фолкмер, — ведь это просто убийство…
Но Pay не слышал его, он уже рванулся к Болгарцеву.
— Стойте! — по-русски заорал он.
Летчик остановился и обернулся. В нескольких метрах от него специалисты Краузе готовили стартовую катапульту.
Pay быстро, негромко заговорил с Фолкмером:
— Что нам даст его гибель, Йохан… Только более тщательное расследование, докопаются еще до чего-нибудь… Если он убедительно изложит властям обстоятельства катастрофы, нам меньше головной боли… Думаю, мы можем ему верить…
Фолкмер кивнул несколько раз подряд и приказал Болгарцеву по-английски:
— Подойдите сюда.
Тот повиновался. Надежды у него уже не было — наверное, забыли дать какую-то инструкцию к смерти…
— Мы ошибались, — произнес Фолкмер, глядя летчику в глаза. — Сейчас мы проанализировали проблему и решили, что выгоднее сохранить вам жизнь, как источнику дезинформации для властей.
Во взгляде Фолкмера Болгарцев без труда прочел, что это ложь — по крайней мере отчасти, что не только и не столько соображения целесообразности заставили их изменить решение. Он увидел, что перед ним люди — да, преступники, похитившие его дочь и вынудившие его самого совершить преступление, но люди, а не беспощадные машины. У него перехватило дыхание.
— Я не… — начал он и запнулся.
— Вот что, — сказал Фолкмер, стараясь быть непроницаемым. — Я полагаю, вы отдаете себе отчет, что обязаны нам жизнью.
— Я…
— Вот и хорошо. Теперь судьба нашего предприятия зависит от вас. Мы поверим вашему слову, но и вы нас не подведите. Вы самым аккуратным образом сообщите властям — и всем другим, кто будет спрашивать, вы меня понимаете? — то и только то, что я вам сейчас продиктую. И помните — вы и Таня под нашим постоянным наблюдением.
— Итак, здесь я больше не нужен, — проговорил Pay по-немецки. — Иду заниматься изменением программы.
Он направился к ходовой рубке, думая не столько о программе — это забота Тилгнера, — сколько о будущем. О танкере, которому предстоит еще ряд переоборудовании, прежде чем он отправится на металлолом, о людях Тилгнера и Краузе, о колумбийцах, о Диане Довгер… И конечно, об Олеге Болгарцеве. Камень свалился с его души, но это не значило, что возможные осложнения с летчиком его не тревожили.
Как показали дальнейшие события, об этом он беспокоился напрасно. Болгарцев сдержал слово. Грозная опасность надвигалась совсем с другой стороны.
Диану поместили в небольшом уединенном особняке на самой окраине шведского городка Нючепинг, где ее тщательно стерегли стражи Фолкмера и Pay, отвечающие за нее, без преувеличения, головой. Так как и Pay, и Фолкмеру приходилось постоянно курсировать между Швецией, Австрией и Норвегией (срочные дела, касавшиеся не только судьбы танкера, но и других связанных с операцией обстоятельств), беседы с Дианой велись урывками. К тому же у Фолкмера и Pay не было особой уверенности в том, что к получаемым от нее сведениям можно относиться с достаточным доверием. Поэтому при подготовке нового визита Фолкмера в Санкт-Петербург они по-прежнему полагались на информацию Каспера. Тот сообщил, что у Довгера нет персональной охраны; как глава проекта, профессор это категорически запретил. Негласное же наблюдение за Довгером велось по сетке-графику, также переданной Каспером. Этой сеткой и воспользовались Фолкмер и Pay.
Визит оказался безрезультатным. По возвращении Фолкмер рассказывал об этом Рольфу Pay так:
